Этот пункт представлялся Лёшке тем сложнее, чем старше он становился: при их разнице в возрасте и при том, насколько крута сама Марина, непросто будет стать круче нее к поставленному сроку!
Хорошо узнать Марину и по возможности с ней подружиться.
Получить сексуальный опыт и не упустить момент соблазнить ее, даже не дожидаясь установленного срока, если такой момент представится.
(Этот пункт Лёшке тоже представлялся сложным, но в итоге оказался самым простым — увы!)
И так далее.
Над всеми пунктами Лёшка кропотливо работал. Получалось не все и не всегда, но он не опускал рук.
Именно работа по плану привела его в итоге в лабораторию высокоэнергетических исследований — но не в качестве Мариного сотрудника. Нет, пойти по этому пути было можно, но Лёшка счел его противоречащим Самому Главному Пункту (о том, что для качественных семейных отношений муж должен быть круче жены). Так что он занялся программированием и инженерным делом, как Варда, тем более, что старший брат к тому времени уже совсем от этого отошел и переключился на геофизику — чего от мага воздуха совершенно никто не ждал! В двадцать четыре года Лёшка обосновал перед отцом план развития собственного конструкторского бюро по созданию техномагических устройств — сфера, на тот момент прямо-таки бурлящая от энтузиастов-недоучек! — и тот согласился стать первым инвестором, предупредив, что драть будет три шкуры в случае чего. Лёшка пожал плечами:
— Я от тебя ничего иного и не ожидал. В хорошем смысле.
Отец рассмеялся.
Лёшка и правда ничего иного не ожидал: он успел узнать отца гораздо лучше, чем в пять лет, и убедился, что вся его несерьезность — это не столько даже дуракаваляние на публику, сколько метод собственной психологической разгрузки. Узнав побольше о нагрузке и биографии отца, Лёшка больше не мог его винить, а мог, честно говоря, только восхищаться. Но отцу об этом старался лишний раз не говорить: и так самоуверенный не в меру!
Да, Лёшке часто казалось, что он отца даже старше и ему приходится его воспитывать. Знал, что это впечатление ложное, но оно как возникло у него лет в семь, так все и не проходило.
А конструкторское бюро, между тем, начало приносить прибыль даже раньше намеченного Лёшкой срока — всего через квартал! Повезло найти хороших бизнес-заказчиков. Чем Лёшка особенно гордился, поскольку в их поиске принципиально не полагался ни на отца, ни на Кирилла, так как не считал себя достаточно опытным для работы на Магистериум Войны, Здоровья или даже на Ассоциацию магов.
За этот год самостоятельного предпринимательства параллельно с полноценным ведением готовых решений (а до сих пор Лёшке удалось поработать только старшим программистом, но никак не «владельцем» продукта), Лёшка так увлекся и — если быть честным с самим собой — задолбался в край, что чуть было не забыл о Марине. Но очень качественно вспомнил, когда увидел ее на профессиональной конференции как представителя НИИ ММИТ — такую же юную и прекрасную, как в тот день, когда он в нее влюбился на детском утреннике, а в остальном совсем иную. Тогда, в образе весенней феи, она казалась легкой и воздушной. Теперь перед ним стояла тигрица из научно-административного мира, в строгом костюме, с холодно-любезной улыбкой на губах, деловито-собранная — и от этого даже как-то более желанная, чем тогда! Потому что тогда Лёшка был просто восхищен красотой и толком не понимал, чего хочет. А теперь, оказавшись с ней на расстоянии вытянутой руки, он вдруг всем телом очень четко ощутил: да, это его женщина. И он ее получит во что бы то ни стало.
«Уж не впадаю ли я в Эдипов комплекс? — спросил он сам себя. — Сейчас Марина выступает примерно в том же стиле, что и мама обычно…»
Но потом решил, что нет. Марина намеренно поддерживала холодно-отстраненное реноме корпоративной суки (и это, внезапно, тоже заводило!), а доктор Весёлова всегда держалась с доброжелательным профессионализмом.
Да и внешне эти две женщины отличались разительно! Лёшка уже давно понял, каким-таким размерам завидовала мама у Марины — и лишний раз за себя порадовался. Варда ему как-то говорил, что на фигурах фиксируются придурки и почти любой женский форм-фактор хорош (при условии, что это здоровая женщина), надо только найти в нем достоинства. Однако Лёшка твердо знал, что идеальная фигура существует — и у Марины именно она.
— Алексей Весёлов, я верно понимаю? — спросила Марина, протягивая ему руку. — Мы с вами давно не виделись, но вас легко узнать. Вы стали практически копией отца.