— Лет?!
— Да… Мой глаз работает и на техники печатей, полностью раскладывая их на чакру и составляющие. Более того, способен проецировать это в реальность. К примеру, своим правым глазом я могу разложить на составляющие и удалить ключевой элемент любой техники, из тех, что доступны мне для применения. Ну… Чтобы вы поняли, ограничение в том, что если бы я, например, не владел каким-то из пяти базовых элементов, то я бы не смог глазом парировать этот элемент. Но, благо у меня таких проблем нет… — Улыбался Мадара. — Мой левый глаз, в свою очередь, способен делать обратное… Добавлять элементы в технику уже после её высвобождения. Даже в чужие запечатывающие техники спустя годы… Объединив способности глаз, перед открытием Сусаноо, я получил власть создавать конструкты печатей из своей или чужой чакры. Правда, последнее в бою было неприменимо, ведь требовало времени, но, неважно… Так я создал множество разновидностей проклятых печатей… Так я создал Чёрного Зецу, поместив в тело из клеток Хаширамы свою волю… С обретением вечного света и Риннегана моя сила ещё больше возросла и теперь я способен на большее.
— Это невозможно… — Произнёс Ооноки. — Да что же ты такое?!
— Сколько раз ты будешь это повторять? Ну, вот, например, «Нечестивое Воскрешение»… Знаете, как эта штука работает? По сути своего конструкта – это как призыв мёртвых. Её основа – обычная техника призыва на основе жертвоприношения, огромного количества чакры и связующего звена в виде плоти призываемого. Несколько ручных печатей в правильном порядке и готово. Главное не забыть добавить один элемент… Отдельную и сильную печать контроля, написанную кровью призывателя и внедрённую в тело призываемого. Иначе призыв будет бесконтрольным. С печатями, наложенными заранее, есть один нюанс… Шаринган может их видеть на собственной чакре, а любая техника, которую я вижу, может быть изменена моими глазами. Так я освободился от контроля и внёс коррективы в печать, зациклив свою бесконечную чакру внутри тела. Именно поэтому я могу стоять тут, светиться и трепаться с вами столько, сколько захочу… Но это подвешенное состояние всё же мешает использовать силу. Зная от и до весь конструкт, я могу внести ещё несколько изменений и удалить элементы, связанные с волей призывателя, удерживающей мою душу здесь для чего нужно лишь подобрать определённый порядок печатей и перезапечатать мою душу в этом теле на той же основе. Когда такое происходит, то, начинаются большие проблемы в виде бессметного тела с бесконечной чакрой, которое не подчиняется никому.
— Не верю… — Дрожащим голосом произнесла Мизукагэ.
— Я мог бы сделать это из без техники того призрака, но, с ней будет куда легче управлять своей душой. — Произнёс Мадара складывая несколько печатей и ударяя ладонью в землю. — Потом передадите тому, кто использовал технику, что спички детям не игрушка… «Нечестивое Воскрешение: Техника обратного призыва!»
Глава Пятьдесят Шестая "Всезнание"
Под лучами закатного солнца, на глаза огромному быку-осьминогу упала тень от летящей на него сверху, со скоростью мгновенного перемещения, огромной ожившей статуи. Фигура демона-еретика замахнулась огромным кулачищем целясь прямо в рогатую голову, но в последний момент, не менее огромное чем статуя, чудище с восемью хвостами щупальцами выставило блок двумя ладонями и приняло тяжелейший удар. От движения кулака на мгновение превысившее скорость звука на всю округу раздался сильнейший хлопок. Бык-осьминог сморщился от тяжести этого удара и выставленные вперёд две его прямые руки согнулись в локтях и тыльные стороны ладоней почти достигли лица, а сама его туша слегка сдвинулась. Крепко стоя на ногах, статуя, делая шаг вперёд с правой ноги уже замахнулась вторым кулаком. Внезапно, буквально источающий зелёный покров из чакры, стриженный под горшок мужчина, в обтягивающем мускулистое тело комбинезоне и расстёгнутым жилетом-разгрузкой сверху, напрягаясь, что есть мочи и прикрывая покрасневшее от напряжения и опухшее лицо скрещенными руками, высвободил ещё большее количество чистой и неудержимой силы. Сила и её концентрация была уже сравнима с чакрой и Кю исходящей от почти более чем двухсотметрового в высоту быка-осьминога. Стоящий недалеко седоволосый мужчина, в маске по самую переносицу вновь увидев это явление не мог не округлить глаза, один из которых светился ярко-красным светом и прекрасно видел всю ту огромную, уже далеко не человеческую мощь, исходящую от его товарища. Под одетым в обтягивающий костюм, как и под ногами демонической статуи, треснула и просела земля, а зелёный покров, который источало его тело сменил цвет на ярко-синий и более плотный. Сейчас его будто окутывало обжигающее всю округу синее пламя, стремящееся столбом вырваться в небеса пока тот орал во всю глотку, что было мощи.