Парень также направился к ним навстречу, выходя с тренировочной площадки. Молча протянув катану парню в бандане, он поклонился лысому и поприветствовал его.
— Доброе утро. — Произнёс он.
— Я здесь, чтобы предупредить... Многие чужаки пытались совершить то же самое, что и ты. Куда более обученные погибали на озере. Почему ты уверен, что тебе стоит туда идти?
— Если я не смогу стать сильнее, то не важно, что со мной случиться. Я не боюсь смерти. — Нахмурив брови ответил черноволосый.
— А зря… — Прикрыв глаз, на выдохе произнёс лысый.
— Хех… Я слышал, что Самураи следуют учению о неизбежности смерти и это избавляет их от страха.
— Это верно, но и не верно одновременно. — Ответил лысый. — Мы принимаем неизбежность смерти, как и страх. Это естественная часть нас. Живым свойственно хотеть жить и избегать смерти. Принимая этот страх, мы черпаем силу и из него в том числе.
— Сила из страха?
— Хех… Сейчас тебе этого не понять. Не в таком возрасте… — Покачал головой лысый.
— Тц… Вы отговариваете меня от опасных шагов, но сами наверняка уже давно прошли эту тренировку. Хаяте-сан, как насчёт вас? Вы ведь сами привели меня сюда…
— Потому, что это может тебе помочь… Кхе-кхе… Саске, пойми, мы с наставником вовсе не пытаемся тебя запугать или отговорить. Видя такую сильную решимость стать сильнее, я и предложил тебе этот вариант. И именно по этой причине я сразу согласился обучать тебя кендзюцу, когда Какаши-сан попросил об этом. Я прекрасно тебя понимаю и тоже бы воспринимал наши слова как оскорбление своей решимости и именно поэтому я и хочу сказать, что это не так…
— Тогда как мне это понимать? Сперва вы приглашаете меня сюда, но теперь, когда я уже готов пересечь этот порог, то слышу лишь страшилки и лицемерные предупреждения от тех, кто уже проходил через это испытание…
— Ошибаешься, юноша… — Произнёс лысый, которого Хаяте назвал наставником. — Я не проходил омовения ледяным водопадом, как и не пытался покорить «Ветреный пик». — На этом глаза Саске округлились. — Из ныне живущих самураев лишь генерал Мифунэ проходил через это. Из известных мне чужаков, лишь Хаяте-кун смог пройти омовение водопадом и как видишь, он заплатил за это соответствующую цену. — Удивлённый Саске перевёл взгляд на Хаяте, который кивнул и вновь прокашлялся.
— В идеальном варианте… Кхе-кхе… Испытуемый должен продержаться под водопадом сутки. Я выдержал лишь ночь и после этого ещё долго не мог прийти в себя. Мне ещё повезло... Наставник заметил, что я потерял сознание и вытащил меня, но даже так я всё равно затем отправился на «Ветреный пик». До вершины я так и не добрался…
— Что же случилось?
— Хех… Я из тех, кто сбежал в ужасе от осознания того, какую цену мне придётся заплатить. Так я вернулся в Коноху, где меня – блудного самурая вновь приняли как родного.
— Здесь тебе тоже всегда рады, Хаяте. Уж точно не мне тебя осуждать. — Произнёс лысый.
— Ладно… Простите за грубость. — Прикрыв глаза, вновь поклонился Саске. — Я всё понял, но от своего решения я не откажусь, прошу, проведите меня на озеро.
— Тогда пошли.
От посёлка до озера они шли пешком через несколько поле приблизительно пятнадцать километров вдоль границы леса и при виде скал на горизонте повернули на восток начав спускаться с холмов вниз. Выйдя на заснеженную поляну у побережья, они свернули в сторону к рыбацкому поселению на юго-восточной части озера.
— Мда… Жить у этого озера совсем не сахар. — Произнёс Саске прикрывая лицо от холодного ветра и снега, стремящегося залететь в рот, нос и глаза. Крыши местных домов были укрыты снегом, а единственная лодка на причале была поднята над поверхностью озера и закреплена верёвками и держателями в таком положении, чтобы не вмёрзла в лёд. Подойдя к краю причала, лысый самурай присел и прикоснулся ладонью к поверхности льда. Прикрыв глаз, он предельно сконцентрировался, направляя чакру и лёд в округе начал стремительно таять. Вдали льды начали трескаться и из-под них фонтанировала вода под большим давлением. Путь был расчищен примерно на километр вперёд. Хаяте, получив разрешение одного из местных и заплатив скромную сумму в монетах, спустил лодку на воду и уже втроём они поплыли к середине огромного озера. Столкнувшись там с ледяным побережьем, они остановили лодку и вбив крепления привязали лодку ко льду.