– Внимание! – закричала наблюдатель-пехотинец, немного раньше, чем ожидалось. С её точки обозрения, спрятанной в одном из маленьких сугробов, было удобнее координировать первый удар.
Как раз в этот момент Шаков переключился на ход вперёд и оказался непосредственно за «Рай-дзином» и «Беовульфом». Три меха вышли из-за угла складского бункера, проделав в ещё одном гряз-но-белом сугробе широкую брешь. Компьютеры наведения отобразили цели на дисплее Шакова ещё до того, как он смог увидеть их через лобовой щит кабины. «Гарм» и «Кобра» нерешительно топтались на среднем расстоянии, прямо за самым дальним сугробом. Однако намного ближе были изображения «Тэйлона» и «Найтхока», а также двух штурмовых бронемашин «Тайфун». Новейшие модели. Ни один из них не был старше шести лет – преимущества гарнизонной службы у «Дефианс Индастриз».
Шаков ответил огнём ракет дальнего радиуса на рукотворную молнию пушки-проектора частиц «Тэйлона». Искрящийся луч вырезал глубокую рану на его левой ноге, оторвав большую часть брони. Из своего квартета средних лазеров он продолжал поливать позиции ополчения. Поскольку энергетические возможности меха позволяли, Шаков модернизовал лазеры до моделей повышенного диапазона действия. Сверкающие рубиновые стрелы понеслись вперёд, прожигая руки и грудь «Тэйло-на».
Первая мощная волна теплоты прошла по кабине «Экстерминатора», в то время как он про-должал сближаться с «Тэйлоном». Шаков отключил ракеты, желая минимизировать нагрузку на термо-ядерный реактор. По мощности энергетического вооружения «Экстерминатор» мог соперничать с раз-рушительной силой «Тэйлона», равно как и по дальности действия, однако мех ополченцев мог похва-статься более мощным двигателем, который не простил бы Шакову малейшего промедления. «Тэйлон» рванул вперёд, оставляя своего компаньона «Найтхока» позади и заставляя сопровождающие их танки или идти наравне с ним или же отстать. Не в состоянии набрать такую же скорость, как «Тэйлон», «Тайфуны» шли следом за ним, хотя и не на большом расстоянии.
Шаков на мгновение приостановился, внося свою лепту в жуткий энергетический поток, бу-шующий между противостоящими сторонами. Напряжённо засияли яркие, как драгоценности, линии лазеров, и две ППЧ выпустили над серым железобетоном свои бело-голубые молнии. Хлынул густой и тяжёлый поток ракет – «Кобра» пришла на помощь «Гарму». Пара боеголовок сдетонировала рядом с головой «Экстерминатора», сотрясая кабину серией из двух ужасных ударов. Шаков сжал зубы, борясь с яростными толчками. Он услышал режущий визг, как от продавливаемого стекла, и увидел, что взры-вы вдавили осколок металла в левую сторону светопроницаемого щита его кабины.
Потрясённый, он чуть было не попал под ещё один ракетный залп, но уклонился, в то время как «Тайфуны» мчались вперёд. Мощные модели, предназначенные для боя в черте города и оснащённые двенадцатисантиметровыми автоматическими пушками.
Тактическая программа Шакова не определила бронемашины по имени, но если бы он оказался слишком близко к ним, то получил бы жестокую подсказку. Это было одним из недостатков сражения внутри заводского комплекса. Магниторезонансная визуализация была практически бесполезна в усло-виях, когда возвращалось слишком много сигналов, предоставляющих фантомные изображения. Вместо этого его команда полагалась на отслеживание движений и обработку пассивных сигналов. Мехи посылали достаточно коммуникационных сообщений и импульсов активных радаров, так что обычно можно было получить краткие данные о них и определить модель. Но с бронемашинами всё было не так просто. Единственное, что мог предложить компьютер, основываясь на данных радара наведения, – это скорость и предположительное вооружение.
Между прочим, чтобы из сжатой информации, предоставляемой на дисплее, выбрать взглядом хотя бы эти данные, нужны были годы опыта. Опыта, которого, Шаков мог побиться об заклад, у опол-чения Фурилло не было.
Впрочем, скоро они его получат. Через интенсивный курс без отрыва от производства.
– Второй, четвёртый, готовьтесь, – приказал Шаков, вновь отступая под напором агрессивного «Тэйлона». Пот жёг уголки его глаз и стекал по обнажённым ногам и рукам. Уровень тепла потихоньку возвратился в безопасные пределы – он уменьшил мощность лазеров наполовину.
«Беовульф» тоже отошёл назад, хромая из-за оплавившегося силового привода ноги. Адепт Биллс держал позицию. Шаков посмотрел на его термальное изображение: «Райдзин» ярко светился нездоровым красным цветом. Он был близок к автоматическому отключению, но у Шакова не было времени сделать адепту хоть какое-то предупреждение.