«Тэйлон» также обратился в бегство, но если мехвоин надеялся, что в восточном сугробе не спрятано штурмовой бронемашины, то он просчитался, и мог лишь с ужасом наблюдать за тем, как по приказу Шакова «Третий, цель!», оснащенная гаусс-пушкой колёсная бронемашина «Демон» своим вы-стрелом отрезала ему путь к отступлению.
Шаков включил открытый канал, надеясь, что мехвоин противника слушает его.
– Отключай питание, или пожалеешь! – сказал он, наводя прицел на фигуру меха.
Не было никаких сомнений, что «Тэйлону» никак не удастся спастись. Мехвоин меха ополченцев выключил двигатель. Окружённый с двух сторон несущими гаусс-пушки бронемашинами и не имея скорости оторваться, экипаж оставшегося «Тайфуна» решил последовать его примеру и также сдался.
Наблюдая за тем, как Биллс скользит к безопасности на парафойле, Шаков подвёл краткие итоги. Ни одного убитого и один потерянный мех в обмен на захваченный целенький «Тайфун», уничтоженную «Кобру», и «Тэйлон».
– Несколько сот тонн новых технологий, – передал он по закрытому каналу группе Альфа. – Де-ти не понимали, что с ними делать.
Джером Блейк был прав, часто упоминая, что технологические преимущества не имели прямой связи с общим интеллектуальным превосходством.
Из системы связи послышался скрипучий голос Раймонда Ирелона, так чётко, как будто бы он сидел в кабине рядом с Шаковым.
– Если вы закончили поздравлять друг друга, то могли бы помочь команде Гамма, – сказал Ире-лон. Он остался на орбите, работая с техниками над взломом коммуникационной сети ополчения.
Шаков переключился на приватную частоту.
– Мне не нравится идея оставить южный подступ без мехов. Я пошлю «Челленждер» и два «Бур-ка».
– Следует направить их вокруг на северо-запад, в обход по флангу, – ответил Ирелон. – Тебе не придётся беспокоиться по поводу ещё одного натиска с юга.
– Что ты знаешь, чего не знаю я?
– С чего же начать, вице-регент Шаков? – прорычал Ирелон. – Мы перехватили сообщение ополчения в сети орбитальных спутников. Они собираются отступать.
– Они наконец-то сообразили, что у них недостаточно сил, чтобы отбить Снохомиш Спрингз. – но почему это озаботило Ирелона? – Они узнали, что их подкрепление попало в засаду на перевале Джассера?
– План «Громовая Гора» ещё даже не начат. Вице-регент Хассенджоул ожидает отставшую группу, пробирающуюся через зону оползня. – В голосе Ирелона слышалось разочарование. – Опол-ченцы только что получили передачу с боевого корабля «Роберт Келсуа».
Боевой корабль! Один из тех двух, которые выбили ударную группировку Виктора с Йорка.
– Через какое время он будет здесь? – спросил Шаков.
– При торможении в одну силу тяжести – через четыре дня. Они не идут наперехват к планете, а, похоже, собираются лишить нас транспорта, но мы уйдём задолго до их прихода. У нас есть один день, – сказал Ирелон. – А затем мы убираемся с Фурилло.
Шаков кивнул. Груз нейрошлема, там, где он покоился на раздутых плечах охладительного жи-лета, вдруг показался невероятно тяжёлым.
– Ярко и шумно, – тихо пробормотал он, но эти слова прозвучали громко в плотно застёгнутом шлеме. – Мы определённо привлекли чьё-то внимание.
12
Замковые пески, Дар-эс-Салам,
Провинция Болан,
Лиранский Альянс,
24 июля 3064 г.
Виктор устал от медленного и упорного продвижения через Лиранский Альянс, хотя было похо-же, что разнонаправленные удары, начатые с Клинтона, достигли своих целей, приведя в замешательство военную машину Катерины. Однако здесь, в Дар-эс-Саламе, местное ополчение наконец-то поняло, что у его Иностранного Легиона не было достаточно сил для захвата и удержания планеты. Всё возрастающее количество их ударов и засад говорило об этом.
Покрытая коркой, выжженная солнцем земля Замковых песков трещала под металлическими ступнями его «Даиси», со скоростью 55 километров в час несущегося вперёд, на выручку штурмовому копью Иностранного Легиона, чтобы вызволить его из прибрежной блокады. По полученным сведени-ям, командное копьё местного ополчения прижало пару мехов-разведчиков Легиона к океану, и при соотношении два к одному должно было просто раздавить их.
Когда редкие беспорядочные кустарники и светло-коричневая почва уступили место серому песку и мечевидной траве, Виктор почувствовал солёный привкус, – система жизнеобеспечения впустила воздух снаружи. Однако океан всё ещё не был виден из-за серых, цвета тёмной волны, скал.