Шаков сомневался, что больница Сестёр Милосердия на Тиконове будет исключением.
Но она была, по крайней мере, в одном отношении. Адепт КомСтара, облачённый в жёлтую мантию, ожидал у стойки администратора, чтобы поприветствовать его. Он был пожилым человеком, что было странно для адепта, с выцветшими зелёными глазами и худым до истощения. Эти глаза в своё время явно повидали многое.
Капюшон этого человека был откинут на плечи, а его длинные спутавшиеся рыжие волосы сви-детельствовали об отсутствии внимания к себе. Застёжка на горле изображала греческую букву «каппа» медицинской службы КомСтара, а уровень XXI слабо соответствовал его почтенному возрасту. Убедившись, что Шаков узнал его по чину, адепт последовал за ним к лифтам.
– Да пребудет с тобой Мир Блейка, – сказал человек, когда двери закрылись.
Блейкист! Шаков упёрся спиной в стену лифта, ожидая применения силы и ощущая отсутствие оружия на форменном ремне. Но адепт не совершил никаких угрожающих движений. Он просто смот-рел на Шакова с безмятежным терпением.
– Я не хотел тревожить вас. Я пришёл с простым сообщением, вице-регент Шаков.
– Что-то не так с гиперимпульсными станциями «Слова Блейка»? – пошутил в ответ Шаков, оценивая этого человека как потенциального противника. Осознав, что престарелый адепт был не про-сто худым, а хилым, он немного расслабился.
– Если вы готовы рискнуть тем, что ваше начальство может обнаружить, что мы связались с ва-ми, или что Одиннадцатый Арктуранский гвардейский полк может узнать о том, что вас предупредили о его появлении на Тиконове, тогда мы могли бы оставить это и для безличной передачи.
11-й Арктуранский полк? На Тиконове?
– Вы привлекли моё внимание, адепт…?
Человек легонько улыбнулся.
– Регент. А моё имя не имеет значения по сравнению с пророчеством Блейка и великим замыс-лом нашего Мастера. Однако ваше внимание высоко оценено.
Лифт замедлил движение и остановился, двери открылись на этаже, который выбирал Шаков. Блейкист кивнул ему, чтобы тот выходил, но сам не покидал лифт. Шаков посмотрел вглубь коридора в обоих направлениях: коридор был пуст.
– У вас есть что-то, что вы хотите мне сказать? – спросил он в замешательстве.
– Я уже сказал. Когда вы будете искать дальнейших наставлений, вице-регент Шаков, мы будем рядом.
Двери закрылись, оставляя сбитого с толку Шакова наедине. Непродолжительная случайная встреча дала ему много пищи для размышлений на время короткой прогулки по коридору, выложенно-му бежевым кафелем. «Слово Блейка» вышло на контакт, предоставив важные военные разведданные и не попросив ничего взамен.
Поистине, пути блейкистов неисповедимы.
Найдя палату, которую искал, Рудольф Шаков зашёл внутрь и очутился в зоне конфликта. Чело-век в больничной пижаме, с рукой, проткнутой внутривенной инъекцией, громко стучал в закрытую дверь пустого гардероба.
– Одежду! – кричал он на доктора. Его тёмно-карие глаза бегло метнулись в сторону Шакова, и затем прочь.
Доктор искал спасения за спиной у одной из медсестёр, крупной женщины с серьёзным выраже-нием лица, которая выглядела так, будто могла стать хорошим боевым сержантом. Из своего укрытия, словно бронированным щитом, он орудовал планшетом с бумагой.
– Как я говорил вам, генерал, ваша форма была забрана капралом из вашего полка. Он подгото-вит её как раз ко времени вашей выписки, попозже, во второй половине дня.
– Я выписываю себя сейчас, доктор, – Шаков понял, что этот пациент был генерал-лейтенантом Джонатаном Санчезом, человеком, которого он искал.
– Сэр, пока я не могу разрешить этого. Вы прибыли в бреду от потери жидкости и недоедания. Двенадцатичасовое обследование обосновано.
И правда, подумал Шаков, пациент не выглядел вполне здоровым. Его лицо пылало от гнева, но под этой ложной краской были усталые тёмные глаза, и от простого физического усилия на его лбу уже появилась лёгкая испарина. Его обнажённые руки и шея были серо-бледными, словно отражение туск-лой пижамы.