Почти все элементы периодической системы Менделеева нанесены на геологическую карту Урала — от гигантских залежей каменных солей и железняка до редчайших, драгоценнейших металлов. Недаром крепнущее Московское государство еще в XVI веке обратило свои взоры на эти «дикие места». От примитивных строгановских солеварен, через железоделательное предпринимательство Демидовых, Яковлевых, старателей, золотопромышленников XVIII — XIX веков, к современным индустриальным гигантам Магнитогорска, Свердловска, Тагила, Перми и других промышленных центров Северного Урала идет одна из главных дорог индустриального развития нашей родины. Больше столетия Урал был главным поставщиком железа для военных и хозяйственных потребностей страны Развитие южной металлургии на время остановило промышленное развитие Урала, отбросило его на положение старомодной, глуховатой провинции.
Но далеко видящий вперед ум партии большевиков на рубеже первой пятилетки предопределил великое будущее этого небывало богатого края, расположенного в самом центре страны. Создание могучего Урало-Кузнецкого комплекса, при одновременном гигантском росте металлообрабатывающей, машино- и станкостроительной промышленности и огромном размахе разведки и освоения природных богатств, предопределили готовность Урала стать кузницей оружия в годы Отечественной войны.
Гигантская тяжесть легла на плечи промышленного Урала. Вместе с молодыми промышленными районами востока этот седой богатырь должен был возместить все потери, понесенные промышленностью Союза в ходе первого года войны. Война потушила домны и мартены, сорвала с фундаментов станки заводов юга и центра. Машины-беженцы потянулись на восток бесконечной вереницей эшелонов, сопровождаемые исполинской армией рабочих, инженеров, служащих. Домны, мартены, прокатные станы Урала приняли на себя огромную дополнительную нагрузку выплавки и проката. Сотни заводов запада осели на уральских землях, обстраиваясь цехами, барачными городками, электро- и теплоцентралями. Бетонщики и арматурщики, землекопы и монтажники, слесари и станочники, конструкторы и геологи — знатный бурильщик Илларион Янкин и маститый академик геолог Ферсман — все они, объединенные организаторским гением большевистской партии, совершили великий трудовой подвиг.
Прикоснувшись к биению живого пульса промышленного Урала, слушая рассказы о сказочном возникновении в глухой тайге гигантских заводов, о работе в пургу и пятидесятиградусные морозы, наблюдая поток танков и «самоходок», сходящих с конвейеров на испытательные заводские танкодромы и полигоны, вы «весомо, грубо, зримо» ощущаете величие героического подвига советского тыла.
Над гигантской картой Урала стоит дата 1943 года. Но директор Геологического музея, заметив взгляд посетителя, обращенный к этой карте, говорит:
— Эта карта уже устарела. Составители не могут успеть за геологоразведочными партиями. Война торопит геологов. Чтобы быть правдивой, нашей карте надо быть живой, как дерево, растущее за окном...
То же самое можно сказать и о картах размещения заводов, электростанций, рудников,— составители их не могут угнаться за строителями. Каждый новый день приносит изменения. Возникают новые заводы. На заводских площадках вступают в строй новые цехи. Новые домны и мартены выдают первые плавки. И всему этому задает темп и направление война, ее сложное и грозное хозяйство.
Еще до войны на Урале на базе богатых залежей бокситов зарождалась алюминиевая промышленность. Ей были заданы свои, определенные строем мирной экономики темпы развития. Но война временно лишила страну волховского и запорожского алюминия. Резкое сокращение выпуска «летающего металла» могло поставить авиационную промышленность перед катастрофой. Урал принял на себя всю тяжесть борьбы за алюминий и вышел победителем. Люди нашли нужные запасы сырья, оборудования, электроэнергию. Промышленность стала получать алюминий в тех количествах, какие были продиктованы экономикой войны.
Без марганца нет стали. До войны составы с марганцем приходили на уральские заводы издалека — из Закавказья и Никополя. Война лишила страну на многие месяцы никопольского марганца, усложнила доставку руды из Чиатур. И случилось это тогда, когда от выпуска каждого десятка новых танков, новых орудий, от каждого лишнего ящика снарядов зависел ход войны, подошедший к точке великого перелома.
Люди Урала знали, что без марганца нет стали, без стали нет орудий, снарядов, нет победы. И знали они, что марганец с запада не привезут. Надо было находить выход на месте. И геологоразведочные партии устремились на север и на границе мертвых, приполярных тундр нашли громадные залежи нужной руды. Ново-открытые залежи марганца устранили трудности с выплавкой стали. Завтра, в послевоенные дни, они освободят тысячи вагонов от ненужных тысячекилометровых пробегов Урал — Никополь, Урал — Чиатуры, намного удешевляя продукцию сталелитейных заводов.