Измеряя площадь комнат, их размещение и расположение окон в четверике, можно прийти к выводу, что ход в подвалы башни был не внизу, а наверху – на третьем этаже, из этой изолированной комнаты. В нее вход замаскирован в толще восточной стены. Вероятно, в другой (западной) стене этой комнаты и находится спуск в подвалы башни, спуск узкий, параллельный и аналогичный проходу с крыльца, но только ведущий под землю, в подвалы. Дело теперь за тем, чтобы вскрыть этот замурованный ход.
Развенчанная легенда
Что же касается легенды о преднамеренном затоплении людей в подвалах Невьянской башни, описанной в «Пермской летописи» В. Шишонко, в книге В. И. Демировича-Данченко «Кама и Урал», в романе Евгения Федорова «Каменный пояс» и красочно показанной в фильме «Петр Первый» (по одноименному роману А. Н. Толстого), то это не подтверждается фактами.
Как могла возникнуть эта легенда?
Что в подвалах башни или подземельях других зданий завода чеканили незаконно золотую и серебряную монету – это вполне возможно.
Ф. П. Доброхотов в справочной книге «Урал» сообщает: «Рассказы о чеканке Демидовым монеты находят подтверждение и в том, что во время громадного пожара, бывшего в Невьянске в 1890 г., в одном из заводских сгоревших зданий была обнаружена подземная мастерская с несколькими плавильными печами. Мастерская подземным ходом сообщалась с башней».
Но было ли в действительности затопление подвалов? Вот это сомнительно.
Несмотря на определенную герметичность (непроницаемость) громадного и мощного фундамента, грунтовые воды, несомненно, просачивались в глубокие подвалы Невьянской башни, особенно во время высоких весенних паводков, когда значительно поднимается уровень грунтовых вод. Река Нейва всего в нескольких десятках метров от башни.
Видимо, бывало, что вода проникала туда внезапно, когда там работало много крепостных рабочих. И это могло родить легенду о затоплении подвалов башни по приказу Акинфия Демидова в XVIII веке, во время ревизии завода сенатором князем Вяземским.
Но в основе этой легенды – явное историческое несоответствие: Акинфий Демидов умер в 1745 году, а князь Вяземский приезжал на Урал с ревизией в 1763 году.
Следует согласиться с таким знатоком уральской старины, как П. П. Бажов. В 1945 году он писал по поводу романа Е. Федорова «Демидовы»:
«Вообще этой ходовой легенде я не верю именно потому, что не могу представить себе это дело практически. Вариант затопляемого подземного тупика невозможен, не выдержит никакое сооружение. Вариант «было да водой смыло», то есть проходной воды с крутым падением ниже подземелья и незаметным выходом в Нейву, тоже неве- роятен: требует работ и креплений объема чуть не линии московского метро. Да и первые Демидо»вы… были… людьми деловыми, которые нашли бы выход попроще и без риску оставить улики».
Так что не было необходимости в затоплении «беглых людей» в подвалах Невьянской башни. Вполне достаточно было спрятать их в этих подвалах, замуровать заживо. Это, вероятно, и было сделано.
Разумеется, только проникновение в подвалы может окончательно решить этот вопрос.
Необходимы дальнейшие настойчивые поиски документов и чертежей, пора бы произвести обмеры Невьянской башни и, если потребуется, раскопки, чтобы раскрыть до конца ее тайны. Необходимо, наконец, по-настоящему, по-научному, обеспечить ее сохранность, составить на учную историю дозорной башни Невьян-ского завода – этого удивительного переплетения красоты и ужаса, смелого взлета мысли зодчего и подлости, жестокости господ, губивших в подвалах рабочих людей.
Медаль, отлитая в честь 200-летия со дня выпуска первого чугуна на Урале.
Светлана Шелехова
ПРИКЛЮЧЕНИЯ ШУРЫ
[Продолжение. Начало см. в N 1.]
Рис. М. Заводчикова
3
Маленькая колонна группы кузнецов вышла на просторную площадь перед заводом. Василий Васильевич любил во всем порядок и не разрешал ходить табуном. Навстречу спешили рабочие, многие были в шинелях ремесленников.
– Наши, – с гордостью и чуть завистливо сказала Шура. – Выпускники.
– Откуда ты знаешь? – полюбопытствовал Андрей.
– По шинелям. У нас новые, а у них уже выцвели… – Она взглянула на заводские часы и, добавила: – Смена окончилась. Жаль, опоздали.
– Чего жаль? – спросил Андрей.