– Тебе не придется делать большой крюк, если ты по дороге зайдешь на Северный вокзал. Обратись в камеру хранения. К сожалению, утренний дежурный уже сменился. Посмотри, нет ли там на полках небольшого фибрового чемодана, совсем нового, довольно легкого, который был сдан на хранение между половиной десятого и десятью утра. Запиши номер квитанции. Сам чемодан тебе не выдадут без ордера на изъятие. Спроси фамилию и адрес кладовщика, который дежурил утром.
– А потом что делать?
– Позвони мне. Я буду ждать твоего второго шофера. Если он действительно выпил, напиши ему мой адрес на бумажке, чтобы он не заблудился.
Мадам Мегрэ пошла в кухню готовить обед, так и не решившись спросить, поест ли вместе с ними Люка.
Сидит ли все еще у дочки Поль Мартен? Не попыталась ли мадам Мартен выпроводить его?
Когда снова позвонили в дверь, на площадке стоял не один мужчина, а двое. Они не были знакомы и с удивлением поглядывали друг на друга.
Один из них, шофер, уже побывавший в доме напротив, столкнулся на лестнице с хозяином магазина дорожных товаров.
– Вы ее узнали?
– Да. Она меня тоже. Сильно побледнела, сразу же закрыла дверь в комнату и спросила, что мне нужно.
– И что же вы ей ответили?
– Что я ошибся этажом. Я понял, что она раздумывает, не предложить ли мне денег, и предпочел поскорее уйти? Спустившись вниз, увидел ее в окне. Должно быть, она догадалась, что я пошел к вам.
Торговец дорожными товарами ничего не понимал. Это был довольно пожилой мужчина, совсем лысый, с подобострастными манерами. Когда шофер ушел, Мегрэ объяснил ему суть дела, а он высказывал свои доводы, упрямо повторяя:
– Но это же клиентка, понимаете? Очень неудобно подводить клиентку.
В конце концов, он решился, но из предосторожности Мегрэ послал вслед за ним Люка проследить, как бы тот по дороге не передумал.
Минут через десять они возвратились.
– Прошу учесть, что я действовал только по вашему приказанию, что вы меня вынудили, заставили.
– Вы ее узнали?
– Мне придется давать показания под присягой?
– Скорее всего.
– Это плохо отразится на моей торговле. Иногда люди, которые покупают чемодан в последнюю минуту, предпочитают, чтобы на них обращали поменьше внимания.
– Может случиться так, что вас вызовут только к следователю.
– Да, это, конечно, та женщина. Она иначе одета, но я ее узнал.
– Она тоже вас узнала?
– Она сразу же спросила, кто меня прислал.
– И что же вы ей ответили?
– Я уже не помню. Я был очень смущен. Кажется, сказал, что ошибся дверью.
– Она вам ничего не предлагала?
– Что вы имеете в виду? Она даже не предложила мне войти. Мне было очень неприятно.
Шофер ничего не требовал, а этот человек, куда более состоятельный, настаивал, чтобы ему компенсировали потраченное время.
– Теперь, Люка, осталось дождаться третьего, – сказал комиссар.
Мадам Мегрэ начала нервничать. Стоя на пороге, она знаками давала мужу понять, что хочет с ним поговорить и, когда он вышел на кухню, прошептала:
– Ты уверен, что отец по-прежнему у Колетты?
– Что тебя беспокоит?
– Не знаю. Я не могу понять, что ты собираешься делать. Думаю о девочке и немножко боюсь…
Давно уже стемнело. Семьи возвратились домой. Почти все окна напротив были освещены, и за одним из них по-прежнему мелькал силуэт мадемуазель Донкёр.
В ожидании второго шофера Мегрэ, который так и ходил без воротничка и галстука, стал одеваться.
– Ты не голоден, Люка? Возьми что-нибудь перекусить! – крикнул он.
– Я наелся сандвичами. Мне бы только выпить стаканчик холодного пива, когда мь\ выйдем.
Второй шофер появился в двадцать минут седьмого и через четверть часа уже вернулся с игривым видом из дома напротив.
– В неглиже она еще привлекательней, чем в костюме, – сказал он, еле ворочая языком. – Заставила меня войти, спросила, кто меня послал, Я не знал, что ответить, поэтому сказал: «Директор Фоли-Бер-жер» []]. Она разъярилась. Ничего не скажешь, бабенка недурна… Не знаю, видели ли вы ее ноги…
[1 Известное кабаре в Париже.]
От него никак не могли избавиться, и ушел он только после того, как ему налили стопку сливянки, на которую он с жадностью разглядывал.
– Что собираетесь делать, шеф? Люка редко приходилось видеть, чтобы Мегрэ предпринимал столько предосторожностей, так тщательно старался подготовить удар, словно имел дело с очень сильным противником. А ведь речь шла всего лишь о скромной домохозяйке довольно неприметной наружности.
– Вы думаете, она все еще будет защищаться?
– Изо всех сил. И при этом очень хладнокровно.