Выждав пару секунд, я неожиданно для себя выдал:
- Не прокатит! Племяш капитана милиции и в бандиты подался? Да кто ж в это поверит? Да меня самого первого на "засланного казачка" проверять будут всегда. Что с вашей стороны, что с ментовской. Разве не так? Прикиньте сами!
Синица с Чубатым переглянулись, "правая рука" вновь зло сплюнул:
- Пацан дело базарит. Вот именно с ним не прокатит. Дааа, угораздило же тебя в дядьках мента иметь! Вот так захочешь в бандиты податься - и вилы. Косяк галимый! Я тебе, братишка, даже сочувствую немного.
Я с деланной грустью посмотрел на обоих бандюков:
- Во-во! И вы понимаете мои горести-печали. А я уж думал, что меня никто не поймет…
- Не переживай, братан! - неожиданно хлопнул меня по плечу Чубатый. - Сложится у тя всё в ёлочку! Вот чую прямо. Не в менты пойдешь, и не в бандиты. У тебя своя дорога будет. Я ж три года уже отмотал у хозяина, повидал разных пацанов… Так, а к чему это я?
- Всё, хорош! - перебил его Синица. - Погнали. У нас дела, у пацана тоже. Давай, сосед, мож свидимся ещё. Жизнь штука короткая и длинная одновременно!
С этими словами местный авторитет со своим "замом" запрыгнули в джип, который тут же сорвался с места в карьер, осыпав меня мелкой галечной крошкой…
Я стоял у ларька и жадно допивал вторую баночку "Crash". Солнечный луч, вынырнувший из-за тучи, отразился от купола церкви и резанул по моим глазам. Я прищурил глаза и пробормотал:
- Да за что мне всё это? Менты, бандиты и всё прочее… Закончить бы одиннадцатый, да сдёрнуть бы куда-нибудь. Хоть в армию, хоть за границу... Да хоть на Луну!
Солнечный луч спрятался, чтобы через несколько секунд ослепить меня вновь.
Я прикрыл глаза рукой:
- На хрена мне такое "счастье"? Жил спокойно, никого не трогал и на тебе тонну радости земной! Может, покреститься лучше? Или в священники вообще податься? Хм! Уж не про этот ли путь мне Чубатый говорил? Пророк, блин!
Закинув смятую банку в переполненную урну и подмигнув куполу, я двинул свои стопы к тётке Лизе, чтобы узнать побольше о возможном крещении. Она-то чётко шарит в этом… И явно поболее, чем я...
Глава 14. "Боевое" крещение
- Так, племяш, не стесняйся, выбирай крестик! - тётка Лиза подтолкнула меня к прилавку церковной лавки.
Я, если честно, оробел. Изобилие различных крестиков резануло по глазам. Да и размеры тоже впечатляли. Разные: от маленьких (с четверть спичечного коробка) до больших (ничуть не уступающих распятию батюшек). Я осторожно ткнул в самый маленький:
- Вот это хочу!
- Жееень! - протянула тётка. - Это на всю жизнь. К тому же, это мой подарок. И я хочу, чтоб у племяша был хороший и симпатичный крестик.
- Ну вот глянулся мне этот, и всё тут! - упёрся я рогом.
Крестик и правда был одним из самых маленьких на прилавке. Да и по цене тоже не уступал другим. Не самый дешёвый, чуток подороже.
Да вот, если честно, не любил я крестиков. В частности, цепочки, на которых они висели. Это ж была готовая удавка для бандюков. По прошлому месяцу у нас на районе двоих женщин ограбила шпана. Причем цепочки на шеях пострадавших выполнили роль своеобразной удавки. Шла женщина из магазина, шпанюки окружили, один из них за спину зашёл и хвать за цепочку. Скрутил так, что пострадавшая через пять минут Богу душу отдала. Хорошо, опера быстро сработали, "по горячим следам" шпану повязали...
- Да, тёть Лиз, и цепочку не надо. Вон верёвочки висят, это самое подходящее будет. Мне чёрную, будьте так пожалуйста.
- Вот что за неслух! - всплеснула руками тётка. - Я ему подарок ко дню Рождения, а он...
- Нельзя заставить человека, он сам делает выбор! - неожиданно заступилась за меня старушка за прилавком. - Человек сам решает, как он хочет общаться с Богом!
Я благодарно взглянул на бабку. Та понятливо мне кивнула:
- Я же вижу, мальчик не отказывается. Просто у него какие-то соображения на этот счёт. Правда же?
- Да. Вы правы абсолютно! - я пристально глянул на старушку. - А в сам день рождения, значит, не получится покреститься? Восемнадцатого у меня.
Та достала какую-то старую записную книжку и, пролистав её, выдала мне информацию:
- Вот никак! Либо шешнадцатого, либо двадцать первого.
Вторая дата мне никак не подходила.
- Шешнадцатого, значит шешнадцатого. - вздохнул я. - Оформляйте. Или как там у вас это делается?
Тётка, оттеснив меня от прилавка, засуетилась чего-то там со старушкой, обсуждая какие-то моменты. Я же, зажав крестик с верёвочкой в руке, вышел на улицу. Довольная тётка выплыла из лавки только через полчаса...