Постепенно мир свыкся с новым положением вещей.
Так я и жил уже двадцать лет.
Кроме навыков спецназовца, приобретенных в армии я владел еще одним — умел находить водоносную жилу. Кажется, закончив геологический факультет, я усвоил лишь один навык. Раньше меня это тяготило, но сейчас этот навык стоил дорогого.
Скажете, чего сложного? Насверлил скважин, проанализировал пробы грунта, и всё. Или есть еще один способ общеизвестный, был разработан для определения залегания железной руды — вбил в грунт железный прут, оставил колышек снаружи, поднес ручной компас.
Но не так всё просто.
Облученный радиацией, я обрел дар — теперь могу находить водоносные слои, не прибегая ни к какому методу.
О том, чем владею, не распространяюсь.
— Задача выбить противника из поселка, — слышу команду в ухе.
— Принято.
Нас в отряде Велеса десять. И мы выходим на поверхность, получив команду. Парни все на подбор, от сорока до шестидесяти, самое то для войны за своё. Все вояки, мужики выносливые и отчаянные, прошедшие ту самую последнюю войну.
За семью любому глотки перегрызут, будут биться до последней капли крови нелюдей или монстров.
Велес остается на рации, гундит в ухо, отдавая приказы.
Он у нас на все руки мастер. Сам птичек мастерит, опыт не пропил с годами, сам их в полет отправляет. Вот и сейчас птички летят впереди нас, вычисляют тех, кто пожаловал на чужую территорию без добрых намерений, сбивают тех с ритма, крылья им обламывают.
— В центр поселка направляются монстры, — информирует Велес.
— Снайперы зачистят центр, — выдыхает Бон.
Товарищ мой слепец на один глаз. Во время медкомиссии хитрит, выдает себя за полноценного. Единицу ему в карточке ставит сестричка, а он ее потом снабжает дополнительным пайком, у той три мальца трехлетних, она и рада помочь вояке и самой выжить.
— Ты и рад, — цыкаю я. — Вот заложит тебя кто, и отправят в дальнобойкие стрелки, ты же сразу спалишься. И девку за собой на дно потащишь. Оба загремите за обман.
В тюрьму у нас не сажают, не выгодно. Отправляют на квартальную бойню. У девчонки шансов выжить не будет вовсе.
— Бон — снайпер специального назначения группировки сибирского войска Велеса. — Гы-гы, — ржет товарищ, обнажая рот с желтыми зубами.
— Воняет, хоть бы почистил зубы.
— Я на монстра иду, чеснок пожрал, чтобы смердело, может не учует или побрезгует мною, — ржет Бон, переставляя быстро длинные ноги.
— Ты в отбивные приготовился, сам себя сдобрив чесноком? — гундит Иван, рыжий детина под шестьдесят. После облучения радиацией у него волосы не выпали, а наоборот стали расти как чумные — везде, на руках, ногах. Ванькой можно как йети детей пугать.
— Ты б еще лука нажрался, — ржет кто-то из ребят позади нас.
— Тихо. Заткнитесь, — слышим в рации жесткий голос Велеса.
— Что?
— В центре на позиции сидит разведчик. Докладывает, что в разрушенном здании, куда направляются монстры подростки играют.
— Подростки? — переглядываемся с мужиками. Обстановка явно накаляется. — Почему их не охраняют бойцы?
Детали операций обычно засекречены, и Велес не всегда докладывает, что там происходит внутри. Он у нас главный птичник, ему виднее.
Но сегодня что-то явно идет не по плану. Ощущаю напряг шкурой.
Проходим дальше, придерживаемся первоначального плана.
Мы уже подошли к укрепленному зданию, зачищенному от монстров, и легли на промерзлую землю.
Я взглянул на небо — оно было грязным, по нему носились туда-сюда птички — явно не наши, эти были огромными, и явно начиненными взрывчаткой. Благо этого добра осталось много после войн.
— Почему они не бомбят?
— Зачем они вообще в тыл залетели? Какого черта птицам делать в поселке. Понимаю, монстры хотят жрать, но жил здесь нет, как и еды и укрепленных дотов также.
— Здесь нет никакой ценности, чтобы отправлять сюда этих, — бубнят мужики, пытаясь разобраться в сложной ситуации.
— Мы не пройдем незамеченными, они нас отстреляют по одному. А подростки здесь в качестве приманки выступают.
— Су… зачем южане в тылу бойню устраивают? Хотят показать, что больше не боятся нас?
— Точно южане? Птички их? Вроде знака нет на крыльях.
— Какая разница, откуда они пришли — с юга или с востока. У них явно недобрые цели.
— Парни, сегодня нас перебьют.
— Когда-нибудь это должно было случиться, — бубнит Арх. — Не зря же мы армейский спецназ.