На выручку приходит Дуняша, она же Елена:
— Господин Дмитрий Тимофеевич изволит говорить о клещах, которые живут в постельном белье. Я унесу поскорее, — подхватывает сундук, несет к дверям.
Я же думаю о том, что ноша ее не легка, но девушка абсолютно не применяет силу, чтобы справиться с ней.
Отец подходит ко мне непозволительно близко, останавливается в двух шагах от меня, разглядывает.
Сильный уверенный в себе.
На нем кафтан из богатого темно-синего бархата, украшенный узорами из золотых нитей, с поясом, закрепленном на талии. На плечах меховая накидка, символ статуса и защита от холода, которого я совсем не ощущаю. Этот наряд придает князю величественности.
Его лицо с суровыми чертами и внимательными глазами, выражает спокойствие и мудрость, которые стали отличительной чертой людей его круга. Борода и усы аккуратно подстрижены, а волосы русые густые.
Для полного портрета не хватает шапки, украшенной мехом и пером, символами власти и происхождения, — усмехаюсь я.
Отец долго смотрит на меня выразительными голубыми глазами
Я же молчу, оробев совсем. Отец выражает своим видом достоинство и спокойствие, видно, что привык к ответственности и принятию важных решений, как в управлении землями, государевой службе, так и в воспитании домашних.
Не могу сказать ни единого слова, чтобы я ни сказал, будет выглядеть как оправдание — позволил уложить себя надолго в постель, не ходил на учебу, исхудал, чуть не умер, выгляжу как задохлик, а не сын уважаемого человека, но самое главное, не оправдал надежд рода — профукал магию. Непредназначенная для воскрешения магия огня вся ушла, безвозвратно, похоже.
— Ты мой сын, кроме тебя и Меркурия у меня никого нет, — чувствую, что отец сдержан в словах, но за его тихой речью скрывается буря эмоций, которую он никогда на показ не выставляет.
Военный и государственный человек, он привык не выказывать эмоций, чтобы враги и подчиненные не воспользовались слабостью. Непреклонность он приобрел в боях.
Смотрю на него, осознаю, что Дмитрию есть с кого брать пример.
— Твои пятна, — отец смотрит на меня с горечью, -тебе надо немедленно к лекарю. Не гоже моему сыну ходить в таком виде.
Сожалею, что не спросил Елену о том, нельзя ли раздобыть в этом мире амулет или артефакт для целительства собственной шкуры. Пригодится, чую.
— Да, отец, — впервые подаю голос при родителе.
Тяжело выдохнув, он направляется к дверям.
— Ванну прими. Дуньку позови.
Всё-таки у меня есть Дунька в служанках, — ухмыляюсь я.
— Дмитрий Тимофеевич, — девушка появляется через мгновение, будто где стояла, подслушивала.
Но ей простительно. Позабыв о том, что еще не вырос и женилка не выросла, я любуюськрасотулей — светловолосая, миниатюрная, едва макушкой мне до ключиц достает. Тонкая талия, аккуратная грудь. Большие голубые глаза, которые она тупит в пол.
— Дунька, хороший сегодня день! — утверждаю я. — Погода солнечная.
— Конечно, барин, день прекрасный, вы же в себя пришли. Радость-то какая, — заливисто смеется, обнажая белые зубы.
— Веди меня в баню, — командую я.
Девчонка прикусывает нижнюю губу, показывает на дверь в моей комнате.
— Всё равно веди, — понимаю, что хочется любоваться ею, несмотря на свои пятнадцать.
Стройные ножки, упругая попка, летящая походка.
Входим и я тут же ахаю, потому что ждал ванную, судя по тому прогрессу, что увидел на улице, а меня встретила огромная деревянная бочка.
Серьезно?
По ступенькам поднимаюсь, забираюсь в утробу бочки.
— Барин, раздеваться не будет? — Дунька хлопает на меня своими глазищами.
— А надо?
Неожиданно для меня девушка хватается за амулет, висящий на ее груди, и что-то бормочет.
— Твою ж мать! — выругиваюсь я, глядя как моя одежда спокойно перемещается по воздуху, и падает на лавку.
Опускаю глаза в бочку, где в теплой мыльной пене покоится мое тело и обнаруживаю, что, князь-то голый.
— Это… это… — тычу в амулет. — Кто позволил?
— Сертификат банщицы, — злотовласка виновато опускает глаза в пол, и я радуюсь, что не в бочку.
— Школу закончила этих… как там их…
— Школа служанок, господин. Третий уровень. Многое умею, имеются три амулета и один артефакт. Ваш батюшка души в вас не чает, вы его любимый сын. Он на вас большую ставку сделал, поэтому лучших магов страны нанял, за амулеты и артефакты бытовой магии платит огромные деньжищи. Вы уж не подведите его.
Девушка крутит на руке браслет, и тут же на меня нападают мочалки с мылом.
— Тьфу, — отплевываюсь я. — А можно без чертовой магии этой, спокойно помыться?