ии, приобретенной мною от мяса Костомарова, еще не успел иссякнуть и, подстегивая мое тщеславие, заставлял ликовать от свалившейся на меня популярности. Так и боролись во мне эти два взаимоисключающих чувства.Я намеренно оттягивал момент, не начиная есть стоящее передо мной блюдо. Это вновь был кусочек человеческой плоти – совсем не большой, тело явно разрезали так, чтобы хватило всем присутствующим, пускай и по чуть-чуть. Я боялся, что итог от такого количества съеденного мяса может быть непредсказуемым – в конце концов, я уже успел проглотить довольно внушительный кусок, а эффект, который он вызывал, недвусмысленно напоминал наркотический. Поэтому я терпеливо ждал, когда он схлынет, дабы следом принять еще одну дозу.Играла приятная классическая музыка. Золотистые лучи скользили по столикам, пробегали по лицам людей.Я балансировал где-то на тонкой грани ощущения реальности, то и дело рискуя свалиться в пучину дереализации. В происходящее по-прежнему верилось с большим трудом. Но, по крайней мере, теперь оно уже не казалось мне чем-то неправильным и противоестественным. Нет, с тех пор как я съел кусочек жертвенной плоти, все встало на свои места.Рядом с тарелкой стояла рюмка с густой алой жидкостью – кровью Олега Костомарова. К ней я тоже прикасаться не спешил. Чувство отвращения притупилось, и теперь фоном плавало где-то на грани моего сознания. Но и бесстрастная логика тоже подсказывала, что пока не стоит экспериментировать с вливанием в себя чего-то подобного. Мало ли, какой у этого может быть результат.Обострившиеся органы чувств сканировали пространство вокруг. Каждый звук, каждый лучик света, не проходили мимо моего внимания. Воспринимались гораздо ярче и острее, нежели в обычном состоянии.Ощущение оказалось довольно приятным, близким к эйфории. Я чувствовал себя хозяином ситуации. Мог рассмотреть все, что творится даже в самом темном и отдаленном уголке зала. Разложить гул голосов на отдельные фразы и отчетливо разобрать каждую из них.Приближение хостес я считал по звуку шагов. Когда она остановилась рядом со столиком, даже не посмотрел в ее сторону, продолжая скользить взглядом по лицам гостей.-Максим Николаевич… - позвала девушка.-Слушаю.-Венценосный хочет пообщаться с вами и зовет к своему столу. Позвольте проводить вас.Не то чтобы прежде вечер был сильно томным – но теперь он принимал совершенно новый оборот. Я довольно ухмыльнулся и, наконец, удостоил хостес взгляда.-Будьте так любезны.Я поднялся на ноги и пошел вслед за ней. То и дело ловил на себе взгляды собравшихся. В этих взглядах было спрятано много разных эмоций, оттенки которых я с легкостью считывал за долю секунды. Преобладала среди них, конечно же, зависть. Я совру, если скажу, что это не тешило моего самолюбия.В какой-то момент путь нам преградили двое охранников, почти ничем не отличимых от той парочки, что дежурила на входе. Один из них совсем уж беспардонно встал передо мной, мешая пройти дальше.-Прошу прощения за беспокойство, - вежливо произнес он, - будьте так добры, продемонстрируйте свой пригласительный билет.-Не беспокойтесь, - тут же подхватил второй, - это всего лишь дежурная проверка. Как только мы убедимся, что все в порядке, вы сможете пройти дальше.Я замер на месте, ощутив уже знакомую слабость в ногах. Почувствовал, как моя настоящая личность, подавленная наркотическим эффектом от ритуальной пищи, снова пробивает себе путь на поверхность. Личность эта испытывала резкий, парализующий ужас, с которым не мог справиться никакой дурман.Всего пару секунд две этих составляющих моего «я» - истинное и напускное, боролись между собой. После чего истинное победило.-Вот и приплыли… - сдавленным голосом прокомментировал Эрнест, - ты ведь помнишь, что мы друг друга не знаем?Охранники терпеливо ждали, когда я удосужусь показать им свою проходку. А я прекрасно помнил, что она чуть ли не на моих глазах превратилась в девственно чистый листок белой бумаги.-Гена, - прошипела хостес, - это наш почетный гость. Мы идем к венценосному.Гена неуверенно пожал плечами.-Приказ руководства есть приказ руководства.-И каков же приказ? – спросила хостес таким тоном, будто бы собиралась прикончить несчастного Гену прямо на месте, - позорить наш клуб перед вип-гостями?Вот как. Я уже успел стать вип-персоной. Вот что творит простое знакомство с влиятельными демонами.-Приказ, - процедил Гена, - состоит в том, чтобы выборочно проверять гостей на предмет наличия пригласительных билетов. И ты это прекрасно знаешь. Посторонние в клуб проникнуть не должны ни при каком условии. Это закон. А даже если вдруг такое случиться – подобные факты надлежит оперативно обнаруживать и подчищать.От слова «подчищать» у меня пробежал мороз по коже. Гена раздражал своей принципиальной упертостью. Ну, сказали ведь тебе: «вип-гость». Что еще надо?А между тем, охранник продолжал ровным спокойным тоном:-Я уверен, что у глубокоуважаемого гостя, - он внимательно посмотрел на меня, - все в порядке, и он находится здесь на законных правах. И как только мы с моим коллегой в этом убедимся, вы сможете продолжить свой путь.-Венценосный тебя в порошок сотрет, - отчеканила хостес, и в ее голосе я услышал настоящую ненависть. Девушка повернулась в мою сторону и произнесла: - Максим Николаевич, будьте так добры. Покажите этому барану свой пригласительный билет. И примите, пожалуйста, мои личные извинения за предоставленные неудобства.-Вот теперь точно приплыли… - сокрушался Эрнест.-Эээ… - прохрипел я, не зная, что делать. Глаза охранников были скрыты за темными очками, но я буквально кожей ощущал, как с каждой секундной промедления эти вертухаи в черных пиджаках все больше и больше сомневаются в моей кристальной честности. А вот в глаза девушки-хостес я вполне себе мог заглянуть. И уже разглядел в нем легкое беспокойство, смешанное со смятением.-Максим Николаевич? – произнесла она, - с вами все нормально?И уже с чуть большим напором:-Покажите, пожалуйста, ваш пригласительный билет.Что-то внутри меня оборвалось. Я не знал, что делать дальше. Выхода из ситуации не было.-На улице минус двадцать пять. Нос наружу показать страшно.-Что простите? – от неожиданности обронил я.Фраза принадлежала тому самому Гене. Второй охранник похрустел костяшками пальцев и ответил:-И не говори. Новый Год в этотраз холодный будет.Я уже начал догадываться, что именно произошло. У меня перехватило дыхание. Я посмотрел на девушку. Та выглядела несколько потерянной, словно только что очнулась от крепкого дневного сна. Еще через пару секунд она и вовсе сдвинулась с места и заскользила прочь, вглубь зала. В том направлении, откуда мы и пришли.Я понял, что такого шанса мне может больше и не предоставиться. Я аккуратно обогнул двоих охранников, которые продолжали мирно беседовать о всякой всячине, и быстрым шагом двинулся на поиски.Нет, не на поиски выхода. Я собирался найти Мамону самостоятельно.Конечно, я осознавал, что этот шаг близок к самоубийству. Охранники в любой момент могли очнуться и припомнить о странном посетителе, который не показал им свою проходку, а потом и вовсе куда-то исчез. И, в таком случае, они прекрасно знали, куда я направлялся и где меня искать.Именно туда я и шел.В общем-то, взять и отыскать пристанище венценосного оказалось не так уж сложно. Широкая мраморная лестница вела наверх, к дверям, на которых красовалось изображение Уробороса. У дверей дежурили целых четыре секьюрити.Я стал взбираться вверх по лестнице, ощущая на себе их подозрительные взгляды. Но прежние уверенность и ледяное спокойствие уже снова возвращались ко мне. Я пожалел, что не успел тяпнуть для еще пущей храбрости стопочку человеческой крови.-Простите, но дальше нельзя, - подал голос один из секьюрити, как только я преодолел последнюю ступеньку.Я вскинул голову и нагло заявил:-Венценосный ожидает меня.А все-таки жаль, что за черными очками не видно их глаз.Несколько секунд все молчали. Потом все тот же охранник, который, видимо, был среди этих четверых за главного, спросил:-Как вас зовут? Я передам венценосному, и он решит, хочет ли он принять вас или нет.Тут я слегка напрягся. До этого я действовал на голой уверенности. Удачно избежав разоблачения, как то через чур сильно уверился в собственной неуязвимости. А теперь вот, стало быть, вполне резонно засомневался. А что, если они попросят показать проходной?-Мое полное имя – Максим Николаевич Сазонов, - отрапортовался я, откинув лишние сомнения. Будь что будет. Уйти ни с чем я ведь тоже не могу, правда?Вопреки моим страхам, проходку у меня никто не просил. Секьюрити поднес ко рту рацию и произнес:-Прием, это Дельта-7. Тут некий господин… Максим Николаевич…-Сазонов, - напомнил я.-…Сазонов. Говорит, что хозяин его ожидает. Доложите, пожалуйста, венценосному и дайте ответ: пускать, не пускать?Рация зашипела и выплюнула:-Прием, это Дельта-2. Вернусь через полминуты. До связи.Я терпеливо ждал, сложив руки на груди. Охранники тоже ждали. Молчание затягивалось и становилось неловким.Наконец, рация в руках у секьюрити снова ожила.-Пропустите его. И повежливей там с ним. Почетный гость все-таки.Передо мной тут же распахнули массивные позолоченные двери. Важно надув щеки, я вошел внутрь, и двери за моей спиной тут же захлопнулись. Музыка почти полностью стихла – теперь до меня доносились лишь ее слабые отголоски. А еще здесь было гораздо светлее, чем в с