к дальней стене. Шаги ее были бесшумными, и мне вдруг на миг показалось, что она даже и не идет, а в самом деле плывет сквозь темноту.-Здесь проход, - услышал я ее голос через несколько секунд.Маша снова замерла, направив луч фонарика куда-то перед собой. Ее белая куртка светлым пятном выделялась на фоне темноты. Я подошел и встал рядом.Теперь и я мог разглядеть, что от траурного зала отходит какой-то непонятный коридор. Свет фонарика облизывал захламленный пол и облезлые стены с облупившейся краской.-Только не говори, что… - начал я.Но Маша тут же разбила все мои хрупкие надежды:-Нам туда.-Это не выглядит как что-то, куда стоит идти.-Согласна. Но деваться нам некуда. Нам же нужен этот Р-16, верно?Я промолчал, но Маша не двигалась с места. Она ждала моего ответа.-Верно, - подтвердил я.Еще несколько секунд мы постояли в полном молчании. Маша бесцельно водила фонариком по поверхностям коридора. Я, словно загипнотизированный, наблюдал за движениями светового пучка. Казалось, что вот-вот луч выхватит из темноты что-то очень страшное и непременно враждебное. Как именно это «что-то» должно выглядеть, я представлял себе достаточно слабо. От этого становилось только страшнее.Потом мы синхронно, не сговариваясь, ступили в тоннель и медленно пошли по нему, стараясь не споткнуться о разбросанный по полу хлам. Впрочем, мои старания увенчались провалом уже секунд через десять – я напоролся на какую-то консервную банку и случайно отфутболил ее в стену. Раздался оглушительный звон. Маша издала странный звук, напоминавший чих, и я не сразу понял, что она прыснула со смеху.-Как ты думаешь, для чего этот туннель соорудили? – спросила она через пару минут непрерывной ходьбы. Пускай мы и пробирались медленным шагом, коридор все равно оказался довольно продолжительным.«А что, если у него вообще нет конца?» - мелькнула в голове тревожная мысль.Ей тут же вторила еще одна:«И начала теперь нет тоже. Куда бы вы ни пошли – вперед или назад, будет только этот коридор, и вы навеки застряли в нем».-Чего молчишь? Я говорю, для чего этот туннель построили, интересно?Я пожал плечами.-Ну, может, какие-то технические помещения… я слышал, при мавзолее целая комендатура есть. За телом Ленина ведь следить нужно.-Только вот это место выглядит заброшенным. И, в любом случае, я не думаю, что этот аппендикс должен торчать вот так, прямо из главного зала.Я нахмурился.-К чему это ты?-К тому, что в реальности… ну, в нашей с тобой реальности, этого туннеля быть не должно. И это странно. Раньше я думала, что Обратка в точности копирует наш мир.-Тогда тем более непонятно, для чего нужен этот коридор.В эту секунду луч фонарика выхватил из темноты фрагмент железной двери. Я почувствовал облегчение – этот чертов тоннель хотя бы не бесконечный!Вопреки моим ожиданиям, эта дверь оказалась заперта на замок. Я подергал ручку. Замок пошатнулся, но дверца не открылась.-Отойди, - скомандовала Маша и вытащила пистолет из кармана куртки.Я сразу догадался, что именно она задумала.-Коридор узкий. Срикошетит еще как-нибудь, блин…-Тогда отойди подальше, - отрезала она и демонстративно прицелилась. В одной руке она держала фонарь, направляя его прямо на замок; в другой – пистолет.-Давай хоть фонарь подержу, - предложил я, но она только отмахнулась. Той рукой, в которой был зажат заряженный и снятый с предохранителя пистолет.Я отсчитал двадцать шагов назад, в темноту, и замер. Тишина была наполнена ожиданием выстрела. Прошло несколько секунд, а потом громыхнуло так сильно, что у меня заложило уши.Быстрым шагом – таиться после столь оглушительного и вероломного акта было уже бесполезно, я вернулся к Маше. Дверь приоткрылась, и из-за нее сочился болезненный желтоватый свет.Моя напарница замерла, держа оружие наготове. Я толкнул дверь, ожидая увидеть за ней все, что угодно. Но там не оказалось ровным счетом ничего страшного. Просто комната.Вернее, так мне показалось на первый взгляд. Комната, довольно большая по размерам, вся была заполнена какими-то устройствами и установками неясного предназначения. Однако всей этой техникой явно давно не пользовались – на ней лежал внушительный слой пыли. Света было вполне достаточно, чтобы разглядеть висящую по углам паутину.-Похоже на лабораторию, - Маша озвучила мои мысли.-И, похоже, мы здесь первые за долгое время. Есть какие-то идеи по поводу того, для каких целей это все может быть предназначено?-Вся техника еще явно советских годов. Посмотри-ка на эту штуку, - и она указала дулом пистолета на одно из устройств.Я поморщился.-На предохранитель хоть поставь.Маша послушно щелкнула предохранителем. Я подошел к установке, о которой она говорила.Устройство чем-то напоминало аппарат для МРТ. Это был довольно крупный овальный кокон, из которого торчала покрытая белой клеенкой лежанка. Судя по всему, при активации лежанка с расположенным на ней «пациентом» заползала внутрь, и уже там, внутри, что-то происходило. Что именно, думать не хотелось – на клеенке я увидел несколько отчетливых темно-бурых пятен.У Маши, судя по всему, ход мыслей был примерно такой же, ибо она произнесла:-Очень нехорошие вещи здесь происходили.Я зажмурился и резко помотал головой.-Что-то здесь не сходится. Если это место и в правду не «скопировано» с реального мира, значит, оно должно быть относительно новым. Иванов ведь говорил, что этому проекту всего несколько лет…-Вот-вот, - подхватила Маша, - а я тебе о чем и говорю.Я продолжил рассуждать вслух:-Вообще, можем ошибаться и мы сами. Может быть, эти помещения существуют и в «нашей» реальности. Но тогда вопрос, кому и для чего они нужны, остается открытым.Маша тяжко вздохнула и произнесла:-Пойдем дальше. Представляется мне, что нас ждет веселое приключение.Из комнаты с приборами вели два параллельных коридора.-И куда нам? – спросил я, - что тебе твоя чуйка подсказывает?Девушка зажмурилась на секунду, после чего уверенно произнесла:-Направо.И мы пошли направо. Этот коридор ничем не отличался от предыдущего, но здесь хотя бы присутствовало освещение. Свет был какой-то неестественный, болезненно-желтый.Стоп. Свет!Я замер будто вкопанный, как только до меня дошла эта простая и очевидная мысль. Если свет включен, значит, его кто-то включил. Не может же он гореть здесь уже много лет подряд? И как только я до сих пор не замечал в этом ничего странного?Я не преминул поделиться своей гениальной догадкой с Машей. Но та моим волнением не прониклась.-Слой пыли на полу слишком толстый, - скептически произнесла она, - здесь никого не было уже несколько лет – и это как минимум. По-твоему, лампочки, которые не перегорают годами, это самое странное, что ты тут видел? Больше тебя ничего не смущает?Ее слова меня слегка успокоили. Но я все же добавил – скорее чтобы просто оставить последнее слово за собой:-Либо тот, кто тут щелкает выключателями, может передвигаться, не касаясь пола.-Летучие мыши, не иначе, - съязвила Маша в ответ.Я едва удержался от того, чтобы продолжить эту бессмысленную перепалку. Произнес, дабы переключить тему разговора:-Холодом веет. Оттуда, куда мы идем.Действительно, с каждым шагом становилось все более зябко. Моя теплая зимняя куртка меня уже не спасала. Да и Маша выглядела так, словно только что вылезла из проруби. Я с сочувствием посмотрел на нее и спросил:-Холодно?-Не холодно, - тут же ответила она, хотя у самой зуб на зуб не попадал. Упрямая она, эта Маша. В ступе не столчешь.Я пожал плечами и пошел дальше. Моя спутница тенью двинулась вслед за мной. Несколько минут мы шли в полнейшем молчании. Тишину нарушало лишь странное потрескивание, определить источник которого у меня никак не получалось. Будто бы это ток трещал в проводах.-Я малокровная, - неожиданно произнесла Маша, - постоянно мерзну.Я стянул с шеи шарф и, не глядя, протянул ей.-Ты чего? Заболеешь! – тут же отозвалась Маша, но я все же ощутил, как шарф выскальзывает из моей ладони.-Забавная ты, - произнес я неожиданно для самого себя.-Почему это?Я немного помолчал, пытаясь подобрать слова. Слова не подбирались. Разбегались в стороны, словно испуганные кролики – и я тщетно пытался поймать хотя бы парочку из них за уши.-Не знаю. Просто забавная, - наконец, ответил я.-Меня много как называли, но только не так.-Что у тебя на уме, Маш? – я резко замер и пристально посмотрел на нее. Лицо девушки было непроницаемым, будто восковая маска.-Ты знаешь, - размеренно произнесла она. Отчеканила каждое слово, - ты знаешь. Что. У меня. На уме. И, если честно, я устала от того, что мы оба притворяемся.Сказано это было с таким выражением лица, что ни единой тени эмоции не промелькнуло на нем. И от этого мурашки вдруг пробежали у меня по спине. Я представил, что она, наверное, с похожим лицом не раз и не два стреляла в людей из пистолета – такого же, как тот, что она сейчас сжимает в своей правой руке.-Притворяемся… - хрипло проронил я, - притворяемся что?Маша разочарованно вздохнула, и я вдруг почувствовал облегчение. Это была хоть какая-то эмоция. Лучше уж так, чем этот холодный, ничего не выражающий взгляд.-Ты знаешь, Егор. Ты все прекрасно знаешь, - тихо произнесла она, и вдруг сделала шаг мне навстречу. Еще один – и мы, наверное, оказались бы слишком близко друг к другу. Так близко, что я мог бы, предположим, чмокнуть ее в макушку, если бы захотел. Только вот я бы не захотел.Но Маша не сделала этого шага. Замерла на полпути, словно в нерешительности. Словно сама испугалась.Мы стояли и мол