ово… «убьете», - с явным отвращением ответил он, - меня аж передергивает от него, право слово. Да и убила вас ваша подруга, если уж на то пошло. Ну да ладно, подождите класть голову на плаху. Вы ведь тоже с чем-то пришли ко мне, верно, юноша?В голове промелькнула какая-то неясная мысль, за которую, впрочем, можно было бы зацепиться. И я, собственно, зацепился:-Вообще-то, есть.Когда я закончил, Хронос лишь произнес:-Правила вы уже знаете.И, черт возьми, какой же неподъемной усталостью все-таки был наполнен его голос!-Вот ее и забирайте, - я показал пальцем на Машу, после чего обратился уже к ней: - в эту игру можно играть и вдвоем, представляешь?В конце-то концов, это ведь и в правду был не худший вариант. Хронос просто аккуратненько подтасует карты так, чтобы с Никой в прошлом ничего не случилось. Маша поплатится за свое предательство – я утащу ее вслед за собой. А что касается моей смерти… что ж, я ведь уже был морально готов к этому, когда шел сюда?Не в этом ли и состоял мой единственный план, в конце то концов? Умереть в обмен на то, чтобы «вернуть» Нику обратно в наш мир. Ну, подумаешь, Маша немного вмешалась и подспутала карты. Итог то все равно будет тот же самый.А в следующую секунду я получил удар пистолетом в челюсть. Не знаю, почему в тот момент она не выстрелила, раз оружие было у нее в руках. Хотя, нет. Конечно же, знаю. Ей просто не хватило духа.Удар оказался настолько сильным и неожиданным, что я рухнул на пол. Маша упала сверху, но я почти не почувствовал на себе ее невесомого тела. В живот мне уперлось дуло пистолета.-Шелохнешься, и я тебя пристрелю, - услышал я ее дрожащий голос, а вслед за ним – короткие, приглушенные всхлипывания. Маша плакала. Как тогда, в самую первую нашу с ней встречу. Только теперь я почти не видел ее лица, - пристрелю тебя, слышишь!?Но я не послушался и вытянул руку вверх. Нащупал ее лицо, прикоснулся к нему. Машу била крупная дрожь. Ствол пистолета с каждой секундой все сильнее и сильнее упирался мне в живот.-Тише, тише, - прошептал я в ответ на ее рыдания.И ударил.Ударил так сильно, как только мог – при этом сам ощутив настолько страшную внутреннюю боль, что с радостью бы променял ее на боль физическую. Громыхнул выстрел, все внутри меня сжалось – но пуля лишь со звоном раскрошила что-то в деталях часового механизма. Маша завалилась на спину, и теперь уже я оказался сверху. Схватил ее руку, сжимавшую пистолет и, пользуясь тем, что девушка еще не до конца успела прийти в себя, выдернул оружие из ее ладони. И, ровно также как это совсем недавно делала она, приставил дуло к ее животу.И нажал на курок.Как можно быстрее, лишь бы не дать сомнениям одержать вверх. Лишь бы не успеть задуматься. Лишь бы не успеть испугаться.Мне показалось, что этот выстрел прозвучал громче всех предыдущих. В сотни, даже в тысячи раз. Он был настолько оглушительным, что все внутри меня перевернулось.Пистолет выпал из моих ладоней.Маша была еще жива – потому что через несколько мучительно долгих мгновений я почувствовал, как ее пальцы скользят по моей груди. Как хорошо, что в ту секунду я толком не мог разглядеть ее лица.-Это… последняя была… в магазине… - прохрипела она и издала нервный, отрывистый смешок.-Прости, - сказал я, - ты не оставила мне выбора. Прости.-Ай, - сказала Маша, - больно.Ее голос был уже ускользающе-бледным. Далеким. Нездешним.-Егор, - позвала она.-Чего?-Я тебя люблю. И если после смерти что-то я есть, я и там буду…Она не договорила. С минуту я ждал, что вот, быть может, она продолжит – но нет. Не продолжила. Маша умерла. И это я ее прикончил.Тогда я лег рядом с ней. Темнота давала ощущение уюта. Можно было представить, будто бы все только чтопроизошедшее на самом деле никогда не случалось. Ничего и никогда не случалось. Вообще. Только темнота и пустота. И молчание.И я готов был пролежать так хоть целую вечность, вот только голос Хроноса самым жестоким образом вырвал меня из небытия:-Молодые люди, я вам не мешаю?Я застонал и закрыл лицо руками.-Хочу заметить, что с вашей стороны это очень нетактично, - проворчал демон, - сначала устроили не пойми что у дверей моего жилища, а теперь уже и внутри убивать друг друга вздумали.-И что теперь? – спросил я, - выгоните? Честно, я ведь все равно не знаю, кем мне жертвовать.Слова давались с трудом, будто бы каждое из них весило не меньше сотни килограмм, и чтобы протолкнуть их через глотку, нужно было приложить поистине титанические усилия.Если честно, мне было уже все равно.-Ну почему же? Свою жертву вы уже принесли. Только что. Да еще и своими руками. Избавив меня от, так скажем, самой грязной части работы. За это я вам благодарен. Но – и я это подчеркиваю, не за все остальное.-Ну, простите, - ответил я, - так вышло.-Так вышло, так вышло… - передразнил он, - поднимайтесь.Я послушно встал на ноги.Ах да. Как вы уже, наверное, поняли, я тоже задумал кое-кого кинуть. Этим кем-то был Мамона. Вот только теперь я крепко задумался.До этого план заключался в том, чтобы пожертвовать собой – в таком случае кара со стороны демона была бы мне уже нестрашна. Что могло бы помешать мне попросить у Хроноса изменить прошлое таким образом, чтобы Ника не увлеклась мистикой – которая, в итоге, и привела к ее исчезновению? Не знаю, что случилось бы со мной в этой реальности. Может, я попал бы под автобус или заболел чем-то смертельным. Во всяком случае, в этой временной ветке меня бы уже не было.О том, насколько рада будет подобному сценарию сама Ника, я предпочитал не раздумывать.Но теперь… теперь Маша сама решила побыть жертвенным агнцем. И мне умирать было уже совсем не обязательно. А значит, если я задумаю пойти против воли Мамоны, мне придется столкнуться с его гневом – который, боюсь, может оказаться похуже самой смерти.И в итоге, взвесив все «за» и «против», я обратился к Хроносу:-Я хочу немного переиграть свою просьбу. Можно так сделать?