ВРАТА ДЕВЯТЫЕ: ОДИНОЧЕСТВО. 4.
Еще минут через пятнадцать мы приехали.Судя по огромной надписи «Новокосино», которую я разглядел на стене одного из домов, в этот раз господин Иванов решил почтить своим визитом именно этот окраинный район на востоке Москвы.Машина нырнула во дворы, немножко поблуждала по ним, после чего затормозила перед самой обычной советской многоэтажкой. Один из охранников – тот, что сидел на пассажирском, тут же кинулся открывать своему начальнику дверь.-Если это и есть та самая штаб-квартира, то я разочарован, - не удержался я.-Не стоит делать столь скоропалительных выводов, - ответил Иванов и, прихватив свой драгоценный чемоданчик, вылез из машины. Я последовал за агентом.Мы прошли мимо скамейки, на которой, покачивая перед собой коляску с ребенком, сидела женщина. Вид четвертых мужчин, трое из которых были облачены в строгие черные костюмы без всякой верхней одежды – и это в январе то месяце, почти не привлек ее внимания. Скользнув по нам скучающим взглядом, женщина тут же посвятила себя гораздо более увлекательному занятию – принялась сюсюкаться с ребенком.Поравнявшись с Ивановым, я спросил:-А местные жители, они… совсем ничего странного не замечают, да?-Почему же? Замечают. И тут же забывают. Таков лейтмотив жизни в этом городе. Не замечать. Аесли вдруг нечаянно заметил – тут же по возможности выкинуть это из головы.Мы вошли в подъезд, но по лестнице подниматься не стали – вместо этого направились прямиком в подвал. Честно признаюсь, в этот момент я почти уверился в том, что меня ведут расстреливать. И даже начал обдумывать план побега.Но Иванов, чутко уловив ход моих мыслей, произнес:-Не бойтесь. Вас здесь и пальцем не тронут. По крайней мере, пока вы под моей протекцией.Не то что бы у меня были все основания ему верить, но все-таки я немного успокоился.Мы подошли к подвальной двери, на которой вместо обычного замка оказался замок цифровой. Сама дверь была сделана из металла и на вид казалась очень прочной. Я почему-то был уверен, что на обычные подвалы в хрущевках такие двери не вешают.Иванов отстучал по цифровой панели замысловатый код не меньше чем из десятка цифр. И тут произошло нечто неожиданное – дверь вдруг взяла и отползла в сторону, и оказалось, что за ней располагается лифт.Молча прикуривая от сюрреалистичности происходящего, я вслед за агентами вошел внутрь. Тот поблескивал стерильной чистотой, да и вообще выглядел каким-то неуместно аккуратным на фоне не самого опрятного подъезда. Двери закрылись, и лифт пополз вниз. Я взглянул на свое отражение в зеркале. Оттуда на меня посмотрел кто-то до смерти уставший и почти незнакомый. Круги под глазами, впавшие щеки, потрескавшиеся губы. Сам себе в ту секунду я бы дал на вид не меньше сорока лет. Страшно представить, каким я стану, когда все это закончится. Если все это закончится.По ощущениям, спускались мы долго – на высоту примерно десятого этажа, только в обратном направлении. Впрочем, кнопка на приборной панели лифта была всего лишь одна, никак не подписанная – поэтому оценить глубину залегания загадочной «штаб-квартиры» я мог лишь приблизительно.За время путешествия под землю я успел накрутить себя до такой степени, что даже испытал некоторое разочарование, когда дверь кабины отползла в сторону, и я увидел перед собой… коридор самого обычного государственного учреждения.-Приехали! – торжественно произнес Иванов. Вышел из лифта, и, развернувшись на носках туфель лицом ко мне, добавил: - добро пожаловать в двадцать седьмой!Из самой ближней к нам двери в этот момент вышел оплывший и явно очень уставший от жизни мужчина средних лет в мятой клетчатой рубашке. К груди он прижимал стопку бумаг.-Здравствуйте, господин Иванов, - поздоровался мужчина и тут же исчез за другой дверью.-Здравствуй, Веня, - отозвался Иванов, впрочем, не удостоив мужчину даже мимолетным взглядом. Либо он знал всех здешних сотрудников по голосу, либо имел глаза на затылке. Причем, я бы не сильно удивился, узнав вдруг, что верным оказался именно второй вариант.Не дождавшись от меня хоть какого-то ответа, Иванов перехватил чемоданчик поудобнее и направился вглубь коридора. Я последовал за ним. Замыкали нашу небольшую процессию двое охранников.По мере того, как на глаза мне попадалось все больше и больше деталей окружающей обстановки, крепла во мне и ассоциация этого места с обычным бюджетным учреждением навроде какого-нибудь департамента какой-нибудь деятельности. Сходство дополняли местные сотрудницы, что периодически попадались нам на пути – все они почему-то были тетушками бальзаковского возраста. Похожи они были скорее на обычных бухгалтерш, чем на работниц секретной службы. Мужчины-сотрудники тоже далеко не ушли – Вениамин, который встретился нам у лифта, оказался представителем самого популярного и, похоже, едва ли не единственного здесь типажа внешности. Все остальные «агенты» были, так или иначе, чем-то похожи на него – кто-то больше, а кто-то меньше.Кабинет Иванова тоже ничем не отличался от сотен и тысяч таких же кабинетов по всей стране – даже при очевидной одиозности своего владельца. Иванов щелкнул выключателем, бережно водрузил чемоданчик на тумбочку и плюхнулся в кресло, жестом приглашая меня сесть напротив.Вездесущие секьюрити остались за дверью, и я осознал, что впервые в жизни оказался с этим человеком наедине.-Надеюсь, вы понимаете, какой чести удостоились, - произнес Иванов, - даже из действующих сотрудников службы далеко не каждый получает право попасть в аппарат двадцать седьмого отдела. Да что там – узнать о его существовании… Многие бы душу отдали, дабы оказаться на вашем месте.Я вдруг почувствовал раздражение. Начнем хотя бы с того, что никто даже и не подумал, нужна ли мне такая честь и вообще…Волевым усилием я подавил в себе поток ядовитых мыслей.-Но вы, думаю, предпочли бы сейчас оказаться дома, - Иванов усмехнулся, - впрочем, всему свое время. Для начала вам предстоит потрудиться.-И потом меня отпустят? – с недоверием спросил я.Иванов пожал плечами.-Сделаете дело – и идите на все четыре стороны. Только не сбегайте в этот раз раньше времени, уж будьте так добры.Я сделал вид, что поверил ему.-Впрочем, я больше чем уверен, что на тот опрометчивый побег вас подбила ваша напарница… Чайка всегда отличалась своенравием и непредсказуемостью. Это ее и сгубило, верно?-Откуда вы знаете? – хриплым голосом спросил я. Несколько секунд агент загадочно улыбался, уставившись в одну точку. Потом поднялся, взял чемоданчик и достал из него что-то вроде небольшого планшета. Поставил на стол экраном ко мне и включил.И я увидел рекурсию.До меня не сразу дошло, что именно изображено на экране. Точно такой же планшет, что сейчас стоял передо мной на точно такой же столешнице… а на экране этого