Вечера я дожидался, шатаясь по городу в компании собственных невеселых мыслей. Быть мальчиком на побегушках у демонов нравилось мне все меньше и меньше. К тому же, всякая нечисть непременно требовала чего-то взамен на свои далеко не всегда полезные услуги.Сначала я даже прислушивался к внутренним ощущениям и пытался вычислить, чувствую ли я какие-то изменения. Всё-таки, у меня недавно отобрали частичку души. Но то ли частичка и в правду была совсем небольшой, то ли ощущаться это должно было как-то по другому – в любом случае, никаких перемен в себе самом мне отследить не удалось.Когда на октябрьскую Москву стала спускаться темнота, ноги словно бы сами вынесли меня к бару с вывеской «Дамы и господаbar/lounge». Я решил попытать счастья в поисках шнырей – в конце то концов, полагаться я мог только на слова призрака из заброшенного сквота. Конечно, скорее всего, меня с моими вопросами тут посчитают за сумасшедшего, но стоило хотя бы попробовать.Внутри было прохладно, темно и на удивление почти пусто – только за дальним столиком, периодически прикладываясь к кальяну, громко ворковала какая-то влюбленная парочка. Играла легкая приглушенная музыка.За барной стойкой, оперевшись о нее локтями, скучал бородатый бармен в хипстерской клетчатой рубашке.Знаете, в ситуациях, когда вам нужно сделать что-то очень позорное и в то же время крайне необходимое – лучше всего вообще не задумываться о том, что ты делаешь. Поэтому я быстрым шагом преодолел расстояние от входа до стойки, перегнулся через нее и выпалил прямо бармену в лицо:-Где у вас здесь местный шнырь?Вопреки моим ожиданиям, парень нисколько не удивился. Наоборот, как-то разом посерьезнел. Выражение вселенской скуки на лице сменилось тревожной сосредоточенностью.-Эрнест, - громко позвал он, - к тебе тут пришли.Молодой человек из той самой влюбленной парочки за угловым столиком поднялся из-за стола и вразвалочку подошел к нам. Протянул мне ладонь.-Очень приятно, - сказал он, - меня Эрнест зовут. Я здесь шнырь. Что за информация вам нужна?-Ээээ, - протянул я, все же пожимая его мягкую пухлую ладонь и пытаясь уловить в чертах лица хоть что-то примечательное. Шнырь был настолько обычным, что уже это само по себе казалось необыкновенным. Ощущение было такое, будто отведешь взгляд и тут же забудешь, как он вообще выглядит.Уловив мою растерянность, Эрнест произнес:-Вижу, вам неловко говорить об этом при всех, - под «всеми» он, судя по всему, подразумевал вновь заскучавшего бармена, - давайте сядем вон за тот столик и все обсудим.Мы уселись за стол. Бармен без всяких просьб тут же принес нам по стакану пива.-Я не пью вообще-то, - пробубнил я, - уже… неделю.Эрнест, тем временем, уже сделал щедрый глоток из своей кружки. Он перегнулся через стол и доверительно сообщил:-Я знаю. Поэтому оно безалкагольное.Я недоверчиво отхлебнул. И правда, хмеля совсем не чувствовалось.Может быть, конечно, и просто совпадение… или какой-то дешевый фокус…А может и нет.-Откуда? – тихо спросил я, - откуда вы все знаете?-Про пиво? – Эрнест вопросительно выгнул бровь.Я помотал головой.-Да нет же. Хотя и это тоже.-Секрет фирмы, - гордо ответил шнырь, - фокусник же не показывает всем, как распихивает кроликов по шляпам. Так что вы хотели узнать?-Я думаю, вам и это уже известно.-Если честно, только в общих чертах, - признался Эрнест, разводя руками, - не скрою, мои ребята следили за вами с самого начала. Не думайте, что могли их вычислить. Мы – шныри, достигли высшего искусства в том, что касается охоты за… ценными сведениями. Итак, вы находитесь в поисках своей девушки...-Это да, но конкретно сейчас мне нужно найти…-Лилит. Да, мы знаем, где она прячется.-Вопрос не только в этом, - осторожно произнес я, сделав еще один глоток безалкогольного пива, - но и в том, почему она это делает. Что такого произошло?-Я думаю, вам это известно лучше, чем кому бы то ни было.-А вам, хотите сказать, нет? У меня есть только догадки…-Она… немного расстроена. Тем, что произошло между вами.-И это заставляет ее прятаться?-Именно. Это происходит с ней уже не первый раз. Когда ее кто-то отвергает, она предается депрессии и предпочитает исчезнуть из общества. Залечить раны, так сказать. Только уж простите… - поспешно добавил он, виновато улыбнувшись, - не думайте, что дело в какой-то вашей особой привлекательности. Нет, причина только в ее не поддающемся измерению эго.-Если честно, мне все равно, - честно ответил я, - мне просто нужно ее отыскать и кое-что ей отдать. Вот и всё.-Так-то оно так, - ответил Эрнест, - но нельзя при этом не учитывать ее характер. Лилит очень высокого о себе мнения.-Ну, еще бы, - проговорил я, - будучи такой привлекательной…Я вдруг вспомнил то, какой увидел Лилит в самом конце нашего знакомства, и меня передернуло, и слова о «привлекательности» как-то сами застряли в горле.-Где мне ее искать? – спросил я, внимательно глядя на шныря. Господи, ну до чего же непримечательная внешность. Смотришь на него, и как будто весь образ расплывается прямо перед глазами.Эрнест откинулся на спинку кресла и забарабанил пальцами по столу:-Ээээ, не так просто, - он мягко улыбнулся, - пробный период окончен.И подмигнул мне.-Что ты хочешь? – печально спросил я, - тебе тоже душу продать?-Ну как же так можно? – Эрнест скривился, - я беру только рублями. Ну, или долларами. Евро. Монгольскими тугриками.Я внимательно посмотрел на него, пытаясь понять, прикалывается он или нет.-Серьезно? Даже как то… разочаровывает. Я думал, может там кошку в жертву принести или…-Так легко не отделаешься, - бросил Эрнест, легко переходя на «ты».Я состроил жалобную мину:-Предупреждаю, что я бедный студент. Сколько нужно?Эрнест непонятно откуда выудил ручку и написал на салфетке сумму. Я долго разглядывал число и почти физически ощущал, как вместе со всеми моими сбережениями на нее уплывает прочь новенькая видеокарта.-Если честно, это я тебе еще скидку делаю, - оповестил Эрнест, видимо, заметив мое огорчение. Не знаю, должно ли мне было стать от этого легче. С частичкой души расставаться было почему-то не так неприятно, как с кровно заработанными деньгами.Я поднял взгляд.-По номеру телефона можно?