ползущее.Змея. Уроборос.-В этой книге описаны двенадцать демонов. С этими демонамиможно контактировать и… обращать их силу себе на пользу. Помнишь, я говорил про врата? Ну, так вот, каждый из демонов – это врата, через которые нужно пройти, чтобы обрести… Черт знает, что обрести, Егор. Во всяком случае, я думаю, что Ника это обрела. Твой выбор, пойти ли по этому пути или нет. Если да – то вот он, твой путеводитель. Дарю.Он снова едва усмехнулся и потушил сигарету прямо о столешницу.Я сидел и пытался переварить все сказанное. Получалось у меня, признаться вам, слабо.-Ты считаешь, что Ника… - наконец, выговорил я.-Она что-то нашла. Какую-то мудрость. Просветление. И исчезла. Егор, послушай, я не знаю, где она сейчас. В каком из измерений. Но я вижу, что ты собираешься пойти за ней. Флаг тебе в руки. Отговаривать не стану, но это только твоя ответственность. Я занимаюсь своими практиками уже несколько лет, и мне до сих пор частенько бывает… не по себе. А ты собираешься броситься в этот омут с головой. Это опасная дорога.Я медленно кивнул.-Я понимаю, Артем, и…-Ты увидишь всю грязь, - перебил меня Артем, - тебе придется узнать этот город. Опустится на самое его дно. Вот что я точно могу тебе пообещать. Я уже сказал: этот город пожирает сам себя. В этом вся его суть.-Ты так ненавидишь Москву?Артем криво улыбнулся:-Я ее обожаю.Мы немного помолчали. Артем поджег вторую сигарету. От сигаретного дыма у меня уже слезились глаза.-Когда-то на месте, на котором позже построят этот город, не было ничего, - произнес он, стряхивая пепел с сигареты, - а потом пришли люди и построили Москву. Ну, это в очень упрощенно варианте, конечно. Вот только до них здесь уже кое-кто жил. Мы называем этих «кое-кто» демонами, хотя лично я считаю, что это не совсем правильная формулировка. Видишь ли, слово «демон» имеет явную негативную коннотацию. А с этими ребятами не совсем так. Они не злые, но и не добрые. Они просто есть, понимаешь? Каждый из них что-то олицетворяет. Десператос – демон отчаяния; Лилит – демоница похоти и любовной страсти… но главный из них – Он.Артем снова закатил рукав халата и продемонстрировал мне татуировку Уробороса.Я внимательно разглядывал татуировку и думал, что если она успела выцвести от времени, то сколько лет было Артему, когда он ее набил? Наверняка он еще был подростком. Сколько времени он уже занимается тем, чем занимается?Этого вопроса я не задал. Зато задал другой.-И что мне теперь делать?И сам тут же осознал, что прозвучало достаточно жалко. Тем не менее, Артем отреагировал совершенно серьезно:-Ника рассказывала тебе про арку? – спросил он.Я вздрогнул.-Откуда ты знаешь?Артем снова потушил сигарету о столешницу.-О ней знают все, кто… обладает теми же увлечениями, что и мы с Никой. Арка Отчаяния, так мы ее называем. Врата первые. Десператос. Для начала нужно повстречаться с ним. Потерять все окончательно и бесповоротно. Оттолкнуться ото дна, если хочешь.Я нашел в себе силы слегка улыбнуться:-Прости, но пока что все это звучит как бред.Артем откинулся на спинку стула и развел руками:-Тогда почему ты все еще здесь?-Потому что… потому что это моя единственная надежда.-Мы ведь оба знаем, что Нику не искали, так?Я снова вздрогнул, словно через тело мое пропустили легкий, но болезненный заряд тока.-Так, - сказал я, ощутив, как к горлу подступает ком.-И неужели ты и в правду думаешь, что… у этого нет никакой причины… более глубокой, чем ты считаешь?-Скажешь, что мир куда сложнее, чем нам кажется? Это я уже слышал от Ники.Я заметил, что нервно раскачиваюсь на табуретке. Артем, напротив, был спокоен, словно восковая статуя. Он сидел, откинувшись на спинку стула, и размеренно курил уже третью сигарету. Дым вился вокруг его лысины, словно какое-то ритуальное благовоние.-Ну, если скажу. То что? Это ведь правда, - он стряхнул пепел с сигареты прямо на пол и проводил его задумчивым взглядом, - понимаешь ли, Егор… ты, вполне вероятно, даже не представляешь, сколько людей пропадает без вести. Прямо сейчас, пока мы с тобой сидим на этой кухне, и наблюдаем, как клубится сигаретный дым, и говорим о вечном… кто-то исчезает без следа. Находят далеко не всех, Егор. Далеко не всех. Сейчас я выскажу теорию… именно, что теорию, но все же.Я уже говорил об этом пару минут назад, и заметил по твоим глазам, что поверить в это ты еще не готов. Но это город забирает этих людей. И очень не хочет, чтобы их нашли.-Забирает? – я нахмурился, - зачем?Артем пожал плечами.-Я всего лишь исследователь, а не гуру. Кофе не хочешь?Я помотал головой. Артем поднялся и принялся орудовать с туркой. К сигаретному дыму примешался терпкий запах кофеина. За окном стало совсем темно. Желтоватый свет лампочки трепетал. Из соседней комнаты доносились голоса, на этот раз приглушенные.-Чем вы здесь занимаетесь? – спросил я, разглядывая широкую спину Артема в выцветшем домашнем халате.Он немного помолчал.-Изучаем, - наконец, произнес он, - книга, которую ты держишь в руках – основа наших опытов. Ты ведь не в курсе, кто такой Дмитрий Викторович Романов?-Конечно, не в курсе, - ответил я, повертев томик в руках.-Был такой… исследователь в советские годы. В сталинские годы. Естественно, репрессированный насквозь. «Серпентия» - это труд всей его жизни. Божественное откровение, которое явилось ему во время одного из ритуалов. Переданное ему Ораклом, одним из демонов свиты Уробороса. Романов позже утверждал, что книгу он сам не писал, а всего лишь записывал то, что ему надиктовывал Оракл. Центральная часть его учения – учение о Желании. С большой буквы. Он считал его чем-то вроде движущей силы всего во Вселенной. Желание. Ни что не исчезает бесследно, ни что ни возникает из ниоткуда. Есть лишь Желание, которое проистекает из одной формы в другую. Желание – во всем и повсюду. Словно воздух. Его потоки, попадая в тела демонов, наделяют их силой. Такой, о которой люди не могут даже мечтать.Он остановился, повернулся ко мне и улыбнулся, обнажив желтоватые зубы:-Ты еще не вызываешь психушку?Прозвучало с определенной долей иронии, но лицо его было абсолютно серьезно – даже не смотря на эту едкую, желтоватую улыбку, глаза смотрели внимательно и без усмешки.-Если честно, звучит как просто феерический бред, - честно признался я, продолжая раскачиваться на стуле. Все сказанное Артемом в голове смешалось в какую-то бесформенную кашу.-Суть нашего учения состоит в том, чтобы утверждать свое Желание. Везде и во всем.-А если у тебя вдруг появится желание, ну допустим… прибить вот этой сковородкой? – поинтересовался я.Артем кивнул: