В Обратном Городе кофейня оказалась на привычном месте. Вот только выглядела она немного по-другому.ВывескиCoffee&Jazzне было, вместо нее я разглядел скупую надпись «К ФЕЙНЯ». Буква «О» в надписи напрочь отсутствовала. Большие панорамные окна казались непроницаемыми из-за покрывшего их толстого слоя пыли. Пластиковая входная дверь сменилась тяжелой амбарной. И вот мы с Алисой стояли и смотрели на эту дверь, и лично я не предчувствовал ровным счетом ничего хорошего.-Может, пойдем отсюда? – робко предложила Алиса, - твоей подруги там явно нет.Я бы согласился с ней, если бы кое-что не заметил. Дверь была приоткрыта. Совсем чуть-чуть, но все же. И выглядело это как приглашение. А еще как знак того, что внутри мог кто-то находиться.Поэтому я лишь пожал плечами и предложил:-Если хочешь, можешь остаться снаружи.Но Алиса уверенно сказала:-Нет. В таком случае я пойду с тобой.Я не ответил. Мои мысли сейчас были заняты немного другим. -А ты уверен, что эта дверь вообще не запе…Я взялся за ручку и потянул ее на себя. Раздался резкий отвратительный скрип, из внутренностей кофейни пахнуло сыростью и гнилью.
-Привет, дружище! Тебе как обычно? – бариста Андрей жизнерадостно улыбался.Я выдавил из себя ответную улыбку и кивнул, гадая, что он сварит мне на этот раз. Загудела кофе-машина. Я поискал глазами Нику, но она еще не пришла. В забитом вечернем кафе оставался всего один свободный столик и я поспешил занять его, кинув рюкзак и куртку на стул. После чего вернулся к стойке и наблюдал, как Андрей неторопливо готовит мне кофе, напевая под нос какую-то мелодию. Я даже разобрал слова:-Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам…«Какой же он все-таки чудаковатый» - подумал я, забирая свой стаканчик.-…и вода по асфальту рекой…Потом я сидел за своим столиком и сверлил взглядом входную дверь, потому что мне хотелось, чтобы Ника поскорее пришла. Сквозь панорамные окна был виден летний московский закат: ярко-алый, подкрасивший стены панельных домов в малиновые цвета.Наконец, дверь распахнулась и на пороге появилась она. Нашла меня взглядом, заулыбалась, помахала рукой и отправилась к стойке делать заказ. Андрей, видимо, отпустил какую-то из своих фирменных шуточек, потому что Ника засмеялась.Ее всегда было очень легко рассмешить. Вот только в последние месяцы перед исчезновением все изменилось.Но то был август, а пропала она только в апреле.И прежде чем исчезнуть, она подошла к моему столику со стаканчиком кофе в руке и сказала:-Привет.И я ответил:-Привет.Ника сгрузила свою тяжеленную сумку на пол. Я всегда удивлялся, как только она ее таскает? Такая хрупкая и невысокая и постоянно тянет на плечах этот баул. Всегда старался забрать у нее эту сумку и нести ее самому, когда мы гуляли вместе.И вечер потянулся, как обычно. Мы много болтали, и заказали еще чай, и я положил руку на столешницу, и Ника вложила свою ладонь в мою, и я шутил, а она смеялась. Снаружи стемнело и пошел дождь, а внутри было так уютно, а из светильников лился теплый и мягкий свет, и укутывал нас, укрывал нас собою. И было не важно, что в кофейне полно народу. В этот вечер, как и во все остальные, Coffee&Jazzработал только для нас двоих.А в конце вечера Ника вдруг попросила:-Обещай, что будешь держать меня так крепко, как только можешь.И почувствовал, как ее ладонь с силой сжимает мою. И сказал:-Обещаю.Тогда я не думал, что в этих словах есть какой-то особый смысл. Так легко было кидаться ими. Сейчас я уверен, что она что-то имела в виду. Что-то уже держала на уме. Но тогда я просто повторил:-Обещаю.И улыбнулся. И забыл об этом.А сейчас вспомнил.