На самом деле, у меня были свои резоны помогать Артему.Шестой демон «Серпентии» носил имя Мементо и личность (если это слово вообще применимо к демонам) его была связана с памятью и воспоминаниями. Причем, как правило, воспоминаниями пугающими, ужасными и травмирующими. И вот, когда Артем рассказал мне свою историю, я почувствовал некую эфемерную связь с Мементо и подумал, что возможно именно этим путем мне удастся выйти на демона.Никакого, даже самого размытого описания по призванию Мементо в книге не содержалось. Я подозревал, что дело в еще одном шифре, но разгадать его без чужой помощи мне было точно не под силу. Шныри мне на этом этапе уже были не помощники, а тревожить покойного дедушку Романова во второй раз как-то не хотелось, поэтому я оставил этот план на крайний случай. Да и денег на очередной сеанс некромантии, признаться, у меня не было.План победы над Барабашкой у Артема и в правду присутствовал, вот только у меня этот план вызывал глубокие сомнения. Суть заключалась в том, что среди тысячи личин монстра имелась одна настоящая, спрятанная под слоем напускных, иллюзорных. Эту истинную личину и нужно было каким-то образом отыскать. И якобы любой, кому это удастся, получит над чудовищем абсолютную власть.Для этого нужно было долго смотреть на Барабашку, как бы рассредоточив, рассеяв взгляд. Проблема состояла в том, что монстр, конечно, погибать не хотел и с высочайшей долей вероятности стал бы сопротивляться подобным ухищрениям.А способ сопротивляться у него был один – оборвать жизнь своего несостоявшегося убийцы. И сделать это он мог очень и очень легко.Для этого я и нужен был Артему. Кто-то из двоих должен отвлекать Барабашку, пока второй будет упражняться в искусстве разглядывания стереокартинок.На этом моменте и начинались сложности. Как именно можно отвлечь монстра, при этом не отправившись вскоре на тот свет, никто из нас не знал.Артем обещал подумать. Я тоже обещал. На этом мы и разошлись.Я отправился домой, сунув в уши наушники-затычки, но на середине пути к метро замер как вкопанный. В вечерней декабрьской темноте прямо передо мной неоновым огнем светилась вывеска с надписью «Вход в Пустоту».Отчего-то мне стало не по себе, хотя очевидного резона для этого не имелось. Ну, подумаешь, вывеска. Ну, подумаешь, название такое. Однако вспомнились мои недавние приключения в пустоте Абаддона. Воспоминания были липкие и неприятные, окутанные каким-то потусторонним мороком. И при виде надписи над дверью морок этот вернулся, снова накрыл меня с головой. Вдруг нестерпимо захотелось его стряхнуть. И чтобы сделать это, чтобы доказать самому себе, что нет за этой дверью ничего потустороннего, я взялся за ручку и потянул ее на себя.Как выяснилось чуть позже, очень и очень зря.Как только я переступил порог, меня сразу же схватили за руку и потянули в сторону – я и осмотреться не успел. Передо мной возник низенький усатый мужчина в засаленной жилетке, которая явно была ему не по размеру, и болталась на нем, как плащ на огородном пугале.Он уже усиленно тряс мою ладонь и улыбался белоснежной пластмассовой улыбкой:-Как я рад вас видеть! – воскликнул мужчина тоненьким тенорком, - как я рад! Как здорово, что вы пришли!-Я, наверное, дверью ошибся, - пробормотал я и попытался было уйти, но хватка мужичка оказалась неожиданно стальной. Я даже шага назад сделать не смог – настолько самозабвенно он в меня вцепился.-Нет-нет, вы как раз по адресу! – безапелляционно заявил он и свободной рукой пригладил пышные усы, - добро пожаловать домой, Егор!-Что… откуда… - выдавил я. Мужчина выпустил мою ладонь из своей и вскинул обе руки в торжественном жесте. Я понял, что это мой первый и возможно единственный шанс отсюда слинять. Повернулся к двери и…Двери не было. На ее месте оказалась глухая стена.Можно было бы, конечно, сигануть через окно – вот только одна незадача. Окна в этом помещении отсутствовали с самого начала.Я медленно развернулся обратно к мужчине. Он все так же стоял, задрав обе руки над головой. Словно, когда я на него не смотрел, он превращался в манекена и переставал двигаться.И в правду – как только я снова взглянул на усатого, он тут же опустил руки и снова затараторил:-Вам давно стоило зайти в наше скромное заведение. Приятно оказаться дома, не так ли? Так чего же вы не приходили раньше? А?Передо мной появились два варианта дальнейших действий:1) вести себя агрессивно и требовать выпустить меня обратно на улицу из этого дурдома, прибегая при этом к различным угрозам;2) подыграть усатому и иным местным обитателям (если они имелись), постепенно разведывая обстановку.Быстро взвесив все за и против, я выбрал второй вариант. Черт знает, что скрывает в себе этот припадочный, и как он отреагирует на мою агрессию. Может быть, на самом деле он настолько силен и могущественен, что при случае способен прихлопнуть меня аки комарика.Поэтому я перестал рыпаться и огляделся.Комната, в которой мы стояли, оказалась абсолютно пустой – только голые стены, пол и потолок. Даже обоев не было. Выглядело помещение так, как будто его только-только сняли и еще не успели обустроить. На общем фоне выделялась одна-единственная деревянная дверь в дальней стене. Вот только куда она вела, пока что оставалось для меня загадкой.Очень хотелось верить, что наружу. Но, если прикинуть внутреннюю планировку помещений, то скорее уж куда то вглубь здания.Всё то время, что я осматривался, усатый молчал и даже как будто не дышал, и меня снова посетила мысль, что он начинает функционировать только когда общается со мной.Но стоило мне вновь посмотреть на мужчину, как он сразу же ожил.-Вы рады, что вернулись? – громко спросил он, наклонил голову и широко улыбнулся. От этой улыбки по спине пробежал холодок. Было в ней что-то неестественное, до ужаса неискреннее. Словно бы пластиковое.-Вернулся… куда? – тупо переспросил я.Мужчина снова всплеснул руками и с досадой воскликнул:-Как же «куда»? Домой, конечно.-Ах, домой… - пробормотал я, и принялся теребить пуговицу пальто. Ст