омощи нехитрой нейросети.Сайт этой загадочной конторы, на первый взгляд, тоже казался вполне приличным. Но только на первый. На деле же, если хоть чуть-чуть пощелкать по разделам, то нетрудно заметить, как ходишь кругами, постоянно возвращаясь на главную страницу.Описания, размещенные на сайте, тоже выглядели так, будто были написаны искусственным интеллектом – по крайней мере, очень уж не хотелось думать, что нечто подобное может родить вполне живой человеческий мозг. Опять же, если не вглядываться – всё нормально. Но вот как только попытаешься вчитаться – сразу почувствуешь неладное. Нашакоммерческаякомпанияявляетсяведущимлидеромвобластитехнологийрекламногопродвижениябизнесаприпомощирекламы… И все в таком духе. В общем, бред какой-то. «Ведущим лидером», «рекламное продвижение бизнеса при помощи рекламы». Кто-то в этой компании, судя по всему, просто фанател от тавтологий и плеоназмов. Иначе объяснить столь дурацкие формулировки было нельзя.Ну и название - это, конечно, отдельная песня. От этого РАЦ «РТДВБ» веяло чем-то настолько канцелярско-бюрократическим, что мне казалось, будто я чувствую едкий запах корректора и слышу мерное гудение офисных принтеров. Аббревиатура расшифровывалась так: Рекламно-аналитический Центр «Рекламные технологии для вашего бизнеса». Предлог «для» из сокращенного наименования почему-то решили не убирать, словно бы сокращение без этого не было достаточно громоздким.Так или иначе, позвонили они сами и позвали на собеседование. Вчера вечером я поднял трубку, гадая, кто может звонить мне на телефон – с исчезновением Ники круг подобных людей сузился до моей матери, но она в тот момент была в соседней комнате. С той стороны провода я услышал приторный голос «Марии, специалиста по подбору персонала».Их не смутило, что анкета у меня была никак не связана с рекламой. Образования и опыта в этой сфере у меня тоже, разумеется, было чуть меньше нуля. Мария заботливо объяснила, что «сейчас мы находимся в поиске молодых специалистов» и «готовы предоставить обучение и оплачиваемую стажировку».В общем, я согласился прийти к ним на собеседование – к этому моменту сидеть на шее у матери стало как-то совсем уж неловко. Пускай она большую часть времени и не осознавала того факта, что я вообще у нее есть.«Скорее всего, конечно, какой-то развод, - говорил я себе, - но за спрос денег не берут».Уже через несколько часов я сидел в уютном офисе на третьем этаже бизнес-центра и размышлял о том, что, возможно, не все так уж и плохо. Офис оказался вполне приятным и уж точно не наводил на мысли о шарашкиной конторе или какой-нибудь фирме-однодневке.Свежий ремонт, большие и светлые панорамные окна. Многочисленные сотрудники в строгих деловых костюмах с умными лицами ходят туда-сюда и таскают с собой разные бумаги, наверняка с очень умным и важным содержимым. Я в своих джинсах и свитере на фоне всех этих людей чувствовал себя подростком-неформалом. Наверное, нужно было и самому надеть что-то посолиднее, но Дарья ничего не говорила про дресс-код, а свою детскую ошибку я осознал, только переступив порог офиса.«Теперь, наверное, не возьмут, - думал я, - решат, что несерьезно настроен и всё такое».Мои размышления прервало появление Дарья. В жизни она выглядела также как и на аватарке в вотсаппе – только вот в динамике это выглядело куда неестественней, нежели на фото.Белоснежная улыбка казалось будто бы приклеенной к лицу. Само лицо напоминало восковую маску. Складывалось впечатление, что каждый мускул на нем двигается только в случае острой необходимости. Маслянистые черные глаза, не моргая, уставились мне прямо в душу. Понять на вид, сколько Дарье лет, оказалось проблематично – ей вполне могло быть как двадцать семь, так и все сорок.-Егор Викторович, верно? – спросила эйчарша, умудрившись влить в эту простую фразу столько приторной патоки, что меня едва не передернуло.-Да, - лаконично ответил я. Эта Дарья мне не нравилась, и я боялся, что скрывать сей факт у меня получается не слишком убедительно.-Меня зовут Дарья, мы связывались с вами по телефону, - затараторила девушка, - спасибо вам большое за то, что нашли время для собеседования и уделили внимание нашей компании…«Надо же как, - подумал я, - «уделили время нашей компании»…»-…прежде чем перейти к беседе, я проведу для вас короткий экскурс в части того, чем занимается РАЦ «РТДВБ». Наше предприятие является одним из крупнейших в стране на рынке маркетинга…-А с какого года вы работаете? – как бы невзначай поинтересовался я.Мария отчего-то сразу смутилась:-Наша компания является достаточно молодой, но быстро развивающейся. На рынке мы находимся пять лет, но за это время прошли огромный путь от небольшого предприятия до одного из лидеров рынка в своей сфере.Пять лет, значит. Ну, спасибо и на том. Не два дня – уже хорошо.Между тем, Мария уже вновь оседлала любимого коня и продолжила рассказывать о прелестях работы в РАЦ «РТДВБ». Я понял, что слушаю ее в пол уха – зацепиться за что-то в этом потоке корпоративного красноречия было не так-то просто. Все же сделав над собой усилие, я вновь постарался вникнуть.Но в этот момент она как раз сказала:-Давайте я покажу вам наш офис.Я послушно поднялся на ноги и потопал вслед за Мариной, вслушиваясь в цокот ее каблучков по паркету. Этот цокот мягко ложился в уже подготовленную почву из стандартных офисных звуков: гудения принтеров, стука клавиш, приглушенных голосов. Я внимательно вслушивался и оглядывался, раз за разом встречаясь глазами с местными сотрудниками – но не замечал ровным счетом ничего странного. Люди как люди. Офис как офис.За время этой короткой экскурсии я повстречался лишь с одной вещью, которая меня по-настоящему смутила.-А здесь у нас комната отдыха, - сказала Мария и свернула направо. Я последовал за ней и оказался в просторной светлой комнате с небольшой кухонной зоной, обеденным столом и даже двумя массажными креслами, расположенными напротив широкого окна.Комната была выкрашена в уютные пастельные цвета, поэтому в глаза мне сразу бросился ядовито-зеленый цвет чешуи. Прямо над окном была расположена большая картина в позолоченной рамке. Картина эта изображала змея, свернувшегося в кольцо и пожирающего собственный хвост.Мне тут же стало не по себе. Не столько от страха, сколько от банальной неожиданности.Дарья, как ни в чем не бывала, улыбалась и продолжала что-то щебетать. Я хотел спросить про картину, но слова застряли в горле. Тогда она, наконец, заметила, что со мной что-то не так и учтиво спросила:-Егор, все в порядке? Вы как-то побледнели. Может быть, воды?Я помотал головой.-Нет, просто… - пробормотал я и кивнул в сторону картины с изображением Уробороса, - этот рисунок…Дарья проследила за направлением моего взгляда.-О, это символ нашей компании, - ответила она, при этом не поведя и бровью. И, тут же вернувшись к своей излюбленной теме про «быстро развивающуюся компанию, которая за короткий срок уже успела сделать себе имя на рынке услуг маркетинга», повела меня дальше.Экскурсия продолжалась еще минут пять. Дарья все это время продолжала увлеченно болтать о том, какая же их контора - расчудесная и неповторимая. Если и раньше я слушал эйчаршу в пол уха, то теперь вообще едва цеплялся за смысл того, о чем она говорила. Из головы все не шла картина с изображением Уробороса, которую я увидел в комнате отдыха.Изображение, с его до отвращения яркими кислотными красками, словно бы отпечаталось на сетчатке глаз – я и сейчас видел его предельно четко и во всех деталях, словно смотрел на него вживую. Несколько раз даже проморгался, чтобы избавиться от наваждения, но оно уходить не хотело.Помещение офиса оказалось замкнутым на самом себе – за десять минут мы описали полный круг и вернулись к тому же месту, где и встретились.-Егор Викторович, теперь я бы хотела пригласить вас в кабинет для того, чтобы обсудить индивидуальные условия сотрудничества. Вы готовы? – проворковала Дарья.Мне вдруг почудилось, что ее белоснежная улыбка в прямом смысле этого слова приклеена к лицу, и при небольшом усилии ее можно отклеить обратно. Всего то и нужно только поддеть за кончик.-Готов, - ответил я. Теперь уже уйти просто так мне не позволяло как минимум любопытство. Если эта контора имеет отношение к моему «расследованию», то стоит попытаться разобраться в том, что здесь происходит на самом деле.Кабинет у Дарьи оказался довольно скромный – тесный и без единого окошка.Я тут же вспотел – кондиционера здесь не было, или же он не работал. Зато сквозь полосочки жалюзи можно было наблюдать жизнь офиса за пределами кабинета. Мне почему-то вдруг очень живо представилось, как Дарья сидит, откинувшись в своем кресле, и смотрит за копошением беловортничкового планктона. И даже когда ее никто не видит, на губах у эйчарши играет несмываемая учтивая улыбка.-Присаживайтесь, - произнесла она, - итак, Егор Викторович, первым делом хотелось бы поинтересоваться: готовы ли вы обсуждать вопросы сотрудничества? Или же, возможно, вам что-то пришлось не по душе?-Нет-нет, - торопливо ответил я, - мне у вас очень понравилось.И зачем-то выдавил неловкую улыбку, хотя никогда не умел улыбаться на заказ. Вот и сейчас получилось, скорее, что-то навроде оскала.-Мне, как представителю компании, очень приятно это слышать, - ответила Дарья. А я представил, как ровно таким же вежливо-обходительным тоном она сообщает