У него вообще всё в порядке с башкой? Это так же соответствовало его стоическому характеру, как сердечные переживания влюблённой старшеклассницы, описанные Мотохамой, походили бы на реальность.
Баэль-сан прекратил свой тревожащий рассудок смех, и, всё ещё зло ухмыляясь, протянул мне какой-то листик бумаги. Это был флайер, приблизительно такой же, какие раздавала Риас (и, распространяя которые, я намотал на велосипеде пару земных экваторов), только в центре магического круга был расположен герб Баэлей.
– Призови меня, когда будешь готов! – заявил он. – И мы завершим нашу сделку. Сделку, а-ха-ха-ха!
***
Я хорошо знал Акено-чан. Видел идеальную Ямато Надешико. С опаской смотрел на законченную садистку, не дающую спуска врагам на поле боя. Стоял плечом к плечу с надёжным боевым товарищем. Наблюдал её милые и уязвимые стороны. Тщетно пытался скрыть свой стояк, когда она превращалась в игривое воплощение желания и сексуальности.
Но такой я её не видел никогда. Она словно светилась изнутри, будто в этом мире не было забот и горестей, словно не существовало неразрешимых задач и неодолимых врагов. Она двигалась по зданию клуба так легко, что казалось, будто она летает. И под «летает» я не имею в виду действительно летит, выпустив дьявольские крылья, теперь она словно не касалась пола, при этом что-то напевая под нос.
Сейчас, когда она заскочила сюда прямо с урока, полумрак клубного помещения будто осветило яркое полуденное солнце. Я, считавший Акено воплощением эротики и секса, сейчас мог только платонически любоваться ею, словно изящной вазой или прекрасной картиной, без какого-либо сексуального подтекста.
«Ты пялишься на её грудь!» – безжалостно указал Ддрайг. – «К тому же, у тебя встал!»
Ну уж прости, партнёр! Ведь они так подпрыгивают и колышутся, что я ничего не могу с собой поделать! В конце концов не зря же меня называют Извращённым Императором Драконов!
«Никто так тебя не называет!»
Ты придираешься, партнёр.
Тем временем, Акено-чан покончила со своими заботами (которые заключались, преимущественно, в раздаче листовок её фамильярам – маленьким они), и повернулась ко мне сись… лицом.
– Скажи Исе-кун… – начала она.
С её появлением моя хандра бесследно исчезла, так что осталось лишь сменить лежачее положение на сидячее.
– Да, Акено-чан?
– Ты знаешь кто я. Ты знаешь, кто мой тоу-сан.
– Да, конечно. Ты – Королева Молний, дьявол и Ферзь свиты Риас Гремори, а твой отец – Баракиэль, генерал Падших, – озвучил я очевидное.
К чему она вообще клонит? Это какой-то психологический тест? Я всегда их проваливал, так что, пожалуйста, не надо!
– А как бы ты отнёсся вот к этому?
Лицо её приняло серьёзное и торжественное выражение, а за спиной с лёгким хлопком раскинулись два крыла – одно ангельское, покрытое чёрными перьями, а второе – дьявольское, перепончатое.
– Э-э-э-м-м… – я попытался подобрать достойный ответ.
В прошлый раз, когда она задавала подобный вопрос, я ответил что-то крутое. Но что? Тогда Акено приспустила одежды мико, почти полностью оголив грудь, так что мои мысли были сосредоточены на главном, а не обдумывали какие-то слова. Сейчас, когда на ней была школьная форма (которая тоже не столько скрывала, сколько подчёркивала), я мог соображать почти здраво, но именно это и послужило помехой.
– Что ты думаешь о моих крыльях? Крыльях наполовину Падшего, наполовину дьявола.
Ну, раз я не помню правильный ответ, стоит сказать то, что думаю!
– Как-то не очень!
Лицо её сразу угасло.
– Вот как? Значит ты…
– Да, мне это не нравится! Тебе так совершенно не идёт!
– Не идёт?
– У тебя крутые ангельские крылья, и такие же крутые дьявольские! Если хочешь ходить с ангельскими – отлично! Хочешь с дьявольскими – прекрасно! Мама меня всегда ругала, когда я надевал разные носки, а ведь их почти не видно, не то, что крылья!
– То есть, единственная проблема, что они несимметричны? И мне не стоит использовать неодинаковые?
– Нет-нет, скоро ты станешь намного сильней и тогда появится вторая пара крыльев. Тогда можно носить разные пары одновременно.
– То есть тебе просто не нравится, как это выглядит? Не я сама, а…
– Акено-чан – это Акено-чан, как она может кому-то не нравиться? Погоди, ты же не думаешь, что меня как-то беспокоят твои родители? Шури-чан клёвая и милая, а вот Баракиэль-сан слишком мнительный. Верить всем тем слухам, что распространяет Азазель-сенсе…
– Исе-кун, заткнись!
– Но ведь я говорю толь-мхвмвмв!
Пылкая речь была прервана тем, что моё лицо каким-то образом оказалось вжато в её роскошную грудь, а значит мой мозг тут же утерял возможность формировать связные мысли.
И чувствуя на затылке изящные руки, прижимающие голову к её сиськам, я, напоследок, подумал: «Не стоит критиковать внешность девушки!». Хотя… они такие тёплые, такие мягкие, такие упругие… А может всё-таки и стоит!
***
Когда я был дьяволом, мне часто приходилось заниматься дьявольской работой, колесить по городу на велосипеде, развозить листовки с кругом вызова и проведывать клиентов, в тщетной попытке заключить контракт. Несмотря на то, что я обычно неплохо ладил с людьми и получал всегда только хорошие рекомендации, первый контракт, что я заключил, был с Азазель-сенсеем, у которого были свои скрытые мотивы. Так что, как дьявол, я оказался не очень хорош, зато у меня отлично получалось драться, и в конце концов даже удалось выбиться из низшего в средний класс.
Но до сих пор мой единственный опыт призыва дьявола сопровождался огромной дырой в животе, сквозь которую внутренности не вываливались только из-за того, что они тоже были уничтожены копьём Юмы-чан. Зато кровь тогда лилась просто на загляденье!
Поэтому, сейчас я чувствовал себя немного неловко, сжимая в руках листовку Сайраорга. Мне не хотелось опозориться перед Валери-чан, поэтому я принял горделивую позу и, подглядывая глазом в текст на листовке, торжественно продекламировал.
– О, житель Преисподней, хозяин зла, обитатель ночи! Я, Хёдо Иссей, повелеваю! Услышь мой голос и явись на мой зов! Приди же, Сайраорг из дома Баэль, чтобы исполнить мою волю и заключить со мной контракт!
Ничего не происходило, и я начал крутить в руках листовку в поисках каких-то подсказок. Валери тихо хихикнула, а я почувствовал себя чрезвычайно глупо. Может не стоило всё делать самому, а лучше позвать Риас-чан? Или Акено-чан? Или Конеко-чан? Даже Юто, и тот смог бы помочь! Даже Гаспер!
– Может окропить круг кровью? – поинтересовалась Валери-чан.
– Не знаю, – почесал я затылок. – Вроде бы такое варварство давно не практикуется, но оно было распространено во времена Старых Сатан.
Я решил повторить призыв, поэтому принял прежнюю позу. Второй раз – всегда к удаче!
– О, житель Преисподней, хозяин зла, обитатель ночи…
Уф. Пот стекал по моему лицу. Валери-чан тихонько посапывала на диванчике. Хорошо, что для призыва я выбрал не что-то типа спортзала, а одну из гостиных, иначе чувствовал бы себя полным идиотом. Хотя, кому я вру? Именно идиотом я себя и чувствовал. Попробую ещё раз, восемнадцатый раз – всегда к удаче!
– О, житель Преисподней, хозя…
– Ты не мог бы на минутку заткнуться? – раздался голос Сайраорга.
Он стоял в центре магического круга, держа на руках прекрасную молодую женщину с густыми рыже-золотистыми волосами, напоминающими львиную гриву.
– Но ведь ты так долго не приходил! – обиделся я.
– Пусть я и ждал твоего вызова в палате, но мне следовало отключить её от оборудования. Ты же знаком с Риас-чан, неужели ты не знаешь, как действует призыв? Неужели нельзя было немножко подождать и не дёргать меня ежесекундно?
– Я… Я….
Густая краска стыда залила моё лицо. Все мои клиенты дожидались, пока я не доеду к ним на велосипеде, а это порой занимало по полчаса. Представляю, как бы себя чувствовал, если бы каждую минуту какой-то придурок тянул меня призывом!