- О! Значит, деформация поперечная! Тогда это будет warp.
- А если продольная?
- Тогда buckle.
Я вытер пот со лба.
- А какая еще есть? - с нехорошим предчувствием спросил я.
- Еще есть деформация с напряжением - strain, или с изгибом, по дуге, тогда это будет hog.
- Ну уж нет! Кажется, hog - это "еж"? - я вспомнил школьные стишки на уроках английского языка.
- Молодец! Только еж - это hedge-hog, а hog - это боров.
- Тем более! Знаешь что? Давай-ка оставим просто "deformation". Как-то оно ближе к нашему "деформация".
- Ну, хорошо. Итак, идем далее: "при специфической адсорбции"... А в каком смысле специфической?
- Что, и здесь это важно?! Просто ионы определенного вида из раствора определенным образом...
- Ага, понял. Это будет "preferential adsorption". А "при адсорбции" - это в момент прохождения адсорбции или сразу после нее, как результат?
- ?!
Я почувствовал, что привлекательность моей работы тает на глазах.
- В момент - это будет "during", сразу после - это "upon". Впрочем, даже мне понятно, что деформация наблюдается сразу после того, как эти твои комплексы адсорбируются. Итак, имеем: "Investjgation on deformation of coordination upon preferential adsorption...".
- Что-то больше смахивает на польский, чем на английский, - сплошное шипение! Ну, давай же дальше, - сказал я в надежде, что потом пойдет легче. Святая наивность!
- Поехали, - сказал бодро Боб. - "Различных комплексов"... - Он на секунду задумался.
- Ну да, самых различных! Надеюсь, здесь все однозначно? - не выдержал я, опасаясь новых вопросов.
- Как сказать! Если подразумевается, что комплексы различаются между собой, и это надо подчеркнуть, тогда "different complexes"...
- А что же еще может подразумеваться? - Я почувствовал себя д`Артаньяном, которому Арамис зачитывает главу из своей диссертации.
- А то, что комплексы могут быть "разнообразные" - diverse, или просто различные - тогда "various".
- Хорошо, пусть будет "different"; они, естественно, различаются. Ну, что там еще? "Вводимых в электролит"? Безразлично как вводимых: сверху, снизу, порознь или всех вместе!! Просто добавили, и все!!!
- Хорошо, хорошо... Added to... А в какой электролит?
- Тебя же это не касается!!! Электролит, и все!!! Уж это я знаю точно - "electrolyte", без вариантов!
- Правильно, не сердись. Но если определенный какой-то электролит, то "the electrolyte", если один из электролитов, которые могут использоваться, - то "an electrolyte", если любой - то просто "electrolyte", без артикля...
Я все проклял.
- Определенный электролит! Совершенно определенного аккумулятора! Надеюсь, устройство аккумулятора тебе объяснять не нужно?!
- Нет-нет, конечно. Только скажи, пожалуйста, ты статью посылать будешь в английский или в американский журнал?
- А что от этого зависит? И в английских, и в американских, да и во многих других журналах печатают статьи просто на английском языке - я это твердо знаю!
- Все это действительно так. Только англичане называют аккумулятор "accumulator" или "cell", а американцы - "battery" или даже "storage battery". Да и написание некоторых слов неодинаково, например, "поведение" у англичан - behaviour, а у американцев - behavior.
Когда стрелки часов подошли к полудню, содержание статьи казалось мне пустяковым, доказательства - искусственными, а выводы - шаткими. Я уже собирался предложить Бобу бросить всю эту чепуху, но, взглянув в его лицо, осекся. Было ясно, что моим приятелем овладело Вдохновение, мешать ему сейчас было бы верхом бестактности.
В общем, разошлись мы далеко за полночь. Я был выжат и обессилен борьбой вокруг каждого слова и просто счастлив, что этот ад наконец закончился. За вечер я получил еще массу полезных сведений из области английской лексики. Чего стоит одно только словечко "rocky", означающее: 1) качающийся, колеблющийся; 2) твердый, неколебимый. Фантастика!
После этого, отправив перевод редактору "Physicochimica Acta", я, разглядывая в библиотеке до боли знакомые и родные обложки "Электрохимии", "Журнала физической химии" и других наших академических "химий", поклялся больше не выпендриваться и писать на родном языке.
А ровно через два месяца пришло письмо из Оксфорда.
На фирменном бланке редакции я с замиранием прочел свой адрес и вежливое: "Dear Sir!".
Через час, сидя с Бобом за чашкой чая, я с ужасом выслушал его довольный басок:
"Уважаемый сэр!
Рад Вас информировать о том, что Ваша статья "Исследование координационной деформации..." безусловно принята в печать в нашем журнале. Ни один из трех рецензентов не имел замечаний по сути работы. Учитывая глубину охвата актуальной темы, затронутой в Вашей статье, а также Ваш безупречный английский, прошу Вас любезно сообщить мне о возможности предоставления Вами в ближайшее время в наш журнал обзорной статьи по данной тематике ориентировочным объемом около пятидесяти страниц.
Искренне Ваш, Главный редактор профессор Амстронг".