«Эта мелочь и есть дары?..» - возмущался ветром Молодой – «это же на один зубок! Нет, так не пойдет, значит, не будете неделю охотиться и собирать ягод, чтобы загладить такое оскорбление пред новым правителем.» И целую неделю ни один охотник не мог поймать ни единого зайца, подстрелить оленя, или, на худой конец, обокрасть белку. Девушки не могли найти ягод даже на ладонь, не то, что на корзину. Как будто все попряталось, или было съедено, да и холодным ветром дуло ежедневно в лесу, как будто прогоняя нежданных гостей. Быстро люд понял, что недоволен Леший, всю неделю пытались подкармливать да задаривать, ничего не помогало. Тогда-то и плюнул староста на повадки Молодого, недавно свадьба Мыколы с Агнешкой была, молодоженам пора хату строить, тогда-то и решили рубить свой лес, чтоб осадить зазнавшегося Лешего. Хотя обычно издалека заказывали бревна. На том и порешили все жители деревни, присказок, да песен никто Лешему больше не пел, деревья рубили на хату, да максимальную твердость характера и убеждений проявляли селяне. «Человек – хозяин природы, Лешему нужно помогать нам, чтобы мы помогали ему, а не поясничать, подобно барину какому» - так каждый день наговаривал жителям староста.
Не стал Леший терпеть боль тех деревьев, что рубили селяне, не стал терпеть оскорблений своего и Матери величия, задумал как жизнь людям испортить и осадить их насовсем. Той ночью жуткая тьма опустилась над Джезницей. Из лесу гнал Леший огромные стаи волков, их голодные слюни собирались в лужи на пути. Они выли так, словно этот клич был последним действием в их жизни перед атакой на спящих селян. Резня в ту ночь была страшная, селяне старались не выходить из домов, слыша скрежет клыков и когтей по их дверям. Собаки защищали хозяев как могли, но ни одной не суждено было дожить до рассвета, нескольких пьяниц волки настигли спящими в грязи, или сеновале. Некоторые возвращались домой после хорошего вечера. Их крики были слышны за много верст от деревни, а разодранные в клочья тела вызовут ужас у жителей утром. Волки не щадили никого, до кого смогли добраться. Некоторые дети прятались под кровать, вспоминая древнюю песенку о том, почему нельзя лежать на боку, и что именно сделает волчок за это. Особо смелые мужики отгоняли факелами и вилами озверевших животных, но это мало действовало и помогало, скорее, еще больше злило сумасшедшую стаю. Леший расплывался в улыбке, ощущая вкус победы и будущего почета на устах, он пил мед с молоком из кувшина, который преподнесли селяне, наслаждаясь своей будущей новой паствой. К утру все утихло.
Теперь же несли селяне дары в лес каждый день, несли много и всякого разного. В ужасе таскали еду, драгоценности, украшения и даже, иногда, забитых животных. Радовался Леший своим богатствам, стал лес разрастаться во все стороны, даже в деревне начали первые деревья пускать корни. Зверье плодилось всюду, дятлы не прекращали своей работы ни на миг, у белок орехи сыпались из дупла, птицы расплодились на целые табуны. Люди ходили охотиться на крохи, что давал им снисходительно Леший. Он растрачивал все больше и больше своей энергии на поддержание жизни разросшейся территории, все также отдавался жадности, недвусмысленно давая это понять не возвратившимися из леса детьми да девицами. Долго продолжал Хозяин леса свое чревоугодие, да бесконечный рост, показывая людям их место. Но не могла его утопия длиться вечность, как бы того ни желал Леший.
Устали люди приближаться к бедности. Уже и базар работал едва перебиваясь, купцам нечего было покупать и не на что продавать. Голод был велик и жесток, а рванье, в котором ходили селяне, подходило к концу. Тогда-то и начались мысли темные, жестокие, да до глубины души сотрясающие. В тот день, когда заговорили «так нельзя» да «перебор это», принес охотник на камень подношений свою дочку. «Нет у меня больше ничего» - оправдывался он перед удивленной, разъяренной и уставшей толпой. Тогда-то староста и решил, что играть в такие игры с этой чертовщиной, он не намерен. Не дали охотнику ребенка возложить на алтарь. Решили собранием своим, что не будут служить и идти на поводу такого дьявола. Теперь охотились да собирали ягоды с орехами в другом лесу, далеком и темном, что, кажется, дремал уже давно, если не всю жизнь. Ездили туда с огромными телегами, накрытыми тентом, брали с собой корзин и людей немерено. И не возвращались, покуда не заполнят всё, что было, так зажили новую жизнь – пускай и более трудную, но хотя бы не в бедности темной. Так, шаг за шагом, и зажили как раньше.
Но не было покоя Лешему, энергии не хватало держать лес в порядке, не давая деревьям увядать, животным болеть и гибнуть. Стал лес чахнуть, ветшать и вянуть. А Леший совсем озлобился, не мог он видеть, как люди и без него с его владениями обходятся, не мог без даров их жить дальше. Решил он снова напугать их, только теперь сломить так, чтобы не могли оправиться, и навсегда остались в слепом его подчинении. На этот раз наслал воистину личную свою гвардию. В авангарде бежали, известные уже селянам, волки, сотрясая Луну своим воем. Основное войско представляли вторые, после Лешего, хозяева леса – медведи. Тот рык с воем, та какофония явно предвещала беду людям, что пытались дать отпор озверевшим чудовищам. Резня длилась всю ночь, разорванные тела лежали всюду, дети, женщины, старики и обычные мужики теперь стали бездыханными телами, отбросивши свои амбиции. Медведи и волки, раскиданные то тут, то там, с воткнутыми вилами, серпами и топорами пали бессмысленными жертвами амбиций сумасшедшего Лешего. Власть вскружила ему голову, жадность отобрала рассудок, оставив лишь ненависть и бесконечное желание владеть и уничтожать. Всюду стояли разнесенные в пух и прах дома, в которых никогда больше не засветит лампадка вечером, деткам не расскажут сказок на ночь, и домовому не выпить больше молока. Перед своей кончиной, завещал староста своему преемнику сжечь лес, чтоб проклят был тот, кто уничтожил столько жизней, должен он гореть и гибнуть так же, как горели и гибли люди этой роковой ночью. Горстка выживших и оставшихся не восстала супротив этой мести, наоборот, люди жаждали отмщения за своих убитых родных, за отобранную страховидлом у них жизнь. Поэтому, взяли они наутро факелы, похоронив родных подальше от чертового места. Да пошли в лес жечь его. Поджигали все, до чего могли достать, топтали травы да ягоды, что теперь бы уже не достались никому. Били зверей, что нападали на мстителей. Из чащи выбрался тогда в слепом бешенстве Леший, что решился на последний бой.