– А у меня нет детей, – отвечаю я.
«Да и мужа никогда не было».
Лео обнимает меня за плечи.
– Пока нет.
Когда я с приоткрытым от удивления ртом поворачиваюсь к нему, на его губах играет улыбка.
– Я прослушал, где вы познакомились с Сейдж? – спрашивает он у Адама.
– На работе, – хором отвечаем мы.
– Не хотите к нам присоединиться? – предлагает Лео.
– Нет! – поспешно отвечаю я. – Я имею в виду, мы уже уходим.
Поняв намек, Лео улыбается и встает.
– Вы же знаете Сейдж, она не любит, когда ее заставляют ждать. Если вы понимаете, о чем я.
Он прощается, обнимает меня за талию и уводит из кафе.
Как только мы заворачиваем за угол, я набрасываюсь на него:
– Что, черт побери, это было?
– По твоей реакции я понимаю, что это был парень, которого у тебя, по твоим же словам, нет. С женой.
Лео решает отбросить официоз и переходит на «ты».
– Ты говорил так, как будто я твоя подружка… как будто мы… ты и я…
– Спим вместе? Разве ты не хотела заставить его так думать?
Я закрываю лицо руками.
– Я не знаю, что хотела, чтобы он думал.
– Он полицейский? Меня терзают смутные сомнения…
– Он владелец похоронного бюро, – отвечаю я. – Мы познакомились, когда умерла моя мама.
Брови Лео ползут на лоб.
– Ничего себе! Такого я не ожидал.
Я наблюдаю на его лице обычную смену эмоций, когда он складывает два и два: этот человек касается трупов; этот человек касался меня.
– Это его работа, – возражаю я. – Ты же не разыгрываешь в спальне сцены парада победы союзников.
– Откуда ты знаешь? Я чем-то похож на Эйзенхауэра. – Лео останавливается. – Как бы там ни было, мне жаль. Наверное, огромное потрясение – узнать, что парень, в которого ты влюблена, женат.
– Я это знала, – признаюсь я.
Лео качает головой, как будто не может выразить свои чувства словами. Я вижу, что он смущен.
– Это меня не касается, – наконец произносит он и торопится к машине.
Он прав. Его это совершенно не касается. Он не знает, что значит любовь для такой, как я. У меня есть три пути: 1) страдать в одиночестве; 2) быть женщиной, которой изменяют; 3) быть той, с которой изменяют.
– Эй, – кричу я, догоняя Лео, – у тебя нет права меня судить! Ты ничего обо мне не знаешь.
– Если честно, я знаю о тебе многое, – возражает Лео. – Я знаю, что ты смелая. Настолько смелая, что позвонила мне в контору и открыла шкатулку с кошмарами, которая могла бы всю твою жизнь оставаться закрытой. Знаю, что ты любишь бабушку. Знаю, что сердце у тебя такое большое, что ты мучаешься, размышляя, сможешь или нет простить человека, совершившего смертный грех. Сейдж, ты выдающаяся во многих смыслах, поэтому должна меня извинить, если я несколько разочаровался, когда узнал, что ты не такая белая и пушистая, как я думал.
– А ты? Разве ты не совершал ошибок? – ввязываюсь я в бессмысленный спор.
– Совершал. И немало. Но я не возвращался и не наступал на одни и те же грабли.
Не знаю почему, но разочарование Лео ранит меня больнее, чем неожиданная встреча с Адамом и Шэннон.
– Мы расстались, – объясняю я. – Все слишком запутано.
– Ты все еще его любишь? – спрашивает Лео.
Я открываю рот, но не издаю ни звука.
Мне нравится чувствовать себя любимой.
Мне не нравится знать, что я всегда буду на втором месте.
Мне нравится, что иногда, когда я грущу, я не одна.
Мне не нравится, что такое происходит нечасто.
Мне нравится, что я не должна перед ним отчитываться.
Мне не нравится, что он не отчитывается передо мной.
Мне нравится быть рядом с ним.
Мне не нравится, когда его нет рядом.
Я молчу, и Лео отворачивается.
– В таком случае все предельно ясно, – говорит он.
Ночью я сплю так, как не спала уже много месяцев. Не слышу, как звонит будильник, и просыпаюсь только от телефонного звонка. Я сажусь и хватаю мобильный, ожидая услышать голос Лео. После вчерашней ссоры он был со мной предельно вежлив, но установившиеся приятельские отношения исчезли. Когда он вез меня домой, то говорил исключительно о деле, о том, что будет, когда он получит посылку с фотографиями.
Наверное, оно и к лучшему – относиться к нему как к коллеге, а не как к другу. Я только не могу понять, как могла потерять то, чего вообще не имела.
По-моему, мне приснилось, что я перед ним извиняюсь. Хотя не уверена, что понимаю, за что именно.
– Я хотела поговорить с тобой о вчерашнем, – выпаливаю я в трубку.
– Я тоже, – на другом конце провода отвечает Адам.
– Ой, это ты!
– Не слышу радости в голосе. Я все утро с ума сходил и еле выкроил пять минут, чтобы тебе позвонить. Кто этот парень?