Ванесса отшатнулась от окна, потрясенная сценой массового разврата. Щеки ее стали пунцовыми от стыда. Какой бес попутал ее прийти сюда? Но отступать было поздно, тем более что она сама настояла на том, чтобы Дамиен показал ей этот вертеп.
Барон вскинул брови, но воздержался от каких-либо замечаний и завел ее в следующий альков.
— Здесь ты имеешь возможность полюбоваться сценой нападения пиратов на судно, — сказал он, приглашая Ванессу подойти к окну. — Очень познавательное зрелище.
На сей раз комната была декорирована под палубу корабля, захваченного морскими разбойниками. Несколько голых пленниц были привязаны к мачтам, с одной из них забавлялся один из пиратов, — с покрасневшим от возбуждения лицом он яростно вгонял свой фаллос в промежность пышнотелой «пассажирки», повизгивающей то ли со страху, то ли от избытка профессионального рвения.
В другом углу комнаты трое мужчин с энтузиазмом сосали, щипали и облизывали груди и преддверие лона связанной девушки, один из них вдобавок овладевал ею самым жестким образом. Судя по стонам и выражению лица красотки, она была этим очень довольна. Ванесса тоже была поражена колоссальными размерами члена насильника.
— Некоторые богатые светские дамы, склонные к острым ощущениям, платят большие деньги за то, чтобы побыть в шкуре захваченной пиратами пассажирки, — сказал барон. — А мужчины, испытывающие потребность в насилии, могут безнаказанно дать здесь волю своей фантазии.
Охваченная приливом похоти, Ванесса сглотнула ком и передернула плечами.
— Тебе не помешает овладеть техникой привязывания мужчины к столбикам кровати, — добавил Дамиен. — Твой будущий покровитель может оказаться любителем подобных игр.
Она поморщилась от этого неприятного напоминания о ее участи. Барон предложил ей продолжить учебную экскурсию и пройти в следующий альков.
— На этот раз ты увидишь своеобразный бал-маскарад. Но гости пришли сюда не только ради того, чтобы потанцевать и полакомиться изысканными яствами и напитками. Взгляни сама!
Зал, представший взору Ванессы, был освещен ярче, чем все предыдущие помещения: свет свечей в канделябрах отражался в зеркалах, обрамленных позолоченными рамами.
На полу в беспорядке валялась одежда, на помосте для музыкантов колыхалась гора переплетенных обнаженных тел. Гости часто и без сожаления обменивались партнершами. У Ванессы перехватило дух, коленки ее затряслись, а лицо побледнело.
Она отпрянула от смотрового окошка, и Дамиен спросил:
— Продолжим экскурсию, или с тебя довольно?
— Пожалуй, с меня хватит, — осевшим голосом ответила она. — Вот уж не думала, что люди способны опуститься до такого скотства.
— Милая моя, — усмехнулся барон. — То, что ты видела, — только цветочки! В Лондоне более сотни заведений такого рода, и даже на этой улице есть еще несколько борделей. Там собираются любители пыток, гомосексуалисты и зоофилы.
— А кто это такие? — спросила Ванесса.
— Любители секса с партнерами одного с ними пола и содомисты, извращенцы, совокупляющиеся с животными, — спокойно объяснил Дамиен.
— И вы — прославленный участник всех этих безобразий, — заметила Ванесса, кусая губы и раздувая ноздри. — Не случайно же вас зовут Князем Порока!
— Не советую слепо верить молве, — ответил Дамиен, с трудом сдерживая ярость. — На самом деле я предпочитаю иметь дело с нормальными женщинами, способными и желающими возбуждать меня и вместе со мной получать удовольствие. А теперь, раз ты не хочешь остаться здесь, позволь мне отвезти тебя домой.
Он грубо схватил ее за руку, но Ванесса вырвалась и с вызовом воскликнула:
— Но мы еще не побывали на втором этаже! Обидно потерять возможность побывать и там, раз уж мы все равно здесь! Или вы вдруг стали трусом?
— Хорошо, мой ангел, — прищурившись, с ледяной улыбкой промолвил Дамиен. — Подожди минутку, я только отдам распоряжение мадам Фуше. — И, оставив ее в алькове одну, он быстро пошел куда-то по коридору. В его отсутствие Ванесса не стала наблюдать сцену свального греха, а попыталась успокоиться и собраться с духом для продолжения знакомства с борделем. На второй этаж она решила подняться, надеясь, что разврат, творящийся там, не столь разнуздан, как безобразия, свидетельницей которых она стала. Ей казалось, что лучше заранее знать, с чем она может столкнуться, снова очутившись по воле судьбы в подобном заведении.
Вскоре вернулся Дамиен, держа в руке ключ. Он сказал, что в их распоряжение предоставлена отдельная комната, и предложил ей туда пройти. Войдя следом за ней в спальню, он запер дверь и спросил:
— Может быть, ты хочешь прибегнуть к услугам юношей мадам Фуше? Они исполнят любые твои просьбы и наверняка оставят тебя очень довольной.
Прежде чем ему ответить, Ванесса оглядела помещение. Отделанное в малиновых и сиреневых тонах, оно было освещено приглушенным светом ламп с темными абажурами. Большая кровать с четырьмя столбиками по углам была застлана черным атласом. На столике, стоявшем возле изголовья, лежали фаллоимитаторы из слоновой кости и черепашьего панциря, стеклянные шары, хлысты, а также еще какие-то странные приспособления, назначение которых Ванесса затруднялась даже приблизительно себе представить.
Справившись с оторопью, охватившей ее после вопроса Дамиена, она вскинула подбородок и, обернувшись лицом к барону, спросила:
— Допустим, что я изъявлю желание воспользоваться их услугами. Что тогда?
— Тогда тебя ожидают новые яркие впечатления, — саркастически ухмыльнувшись, ответил Дамиен. — Не исключаю, что они расширят твои познания в сексе.