Дед сдал. Витя понял это, когда увидел его вечером после приезда. Прошедший год и гибель сына и внучки подкосили Алексея Терентьевича. Из крепкого деревенского мужика он превратился в восьмидесяти двухлетнюю развалину. Неожиданно глубокие морщины избороздили желто-восковое лицо. Яркие и ясные глаза выцвели до невнятного белесого цвета и непрестанно слезились. Бабушка Валя постарела не так явно, но Витя заметил, как тяжело ей давалось ухаживать за обширным хозяйством, как все большая его часть переходила к семье Богдана.
Тамара, всю жизнь прожившая в городе, за хозяйством не поспевала. Но Витя решительно отодвинул мачеху и уверенно заявил деду и Богдану, что жить они будут в доме дяди Димы, да и помощи им не требуется. Вспомнить жизнь в селе было не трудно, каждое лето Витя приезжал сюда на каникулы. Так в заботах о Тамаре, тяжело переживающей смерть дочери и мужа, и в хлопотах по хозяйству промелькнул остаток лета и начало сентября. Школа здесь была не чета городской – Вите совсем не сложно было совмещать ее со взрослыми проблемами. Принимать деньги дяди Богдана он не спешил, совесть и наука приемного отца не дали. У Богдана и без двух нахлебников было трое своих детей. Тамара копила алименты от бывшего мужа на образование для много лет, но потратила их в одночасье на похороны. Впрочем, денег от квартиры в городе и накоплений дяди Димы им двоим на жизнь хватало с лихвой.
Лес для Вити, не смотря на возраст, остался все той же сказочной страной. Тайга хранила свои тайны под слоем прелой листвы, а Виктор радовался своим прежним походам вместе с приемным отцом и тому, чему успел от него научиться. Казалось многодневные отлучки в лес в поисках неведомого помогали избавиться от боли. Как оказалось, он настолько привык, что рядом есть кто-то, кто поддержит и подставит плечо, даст совет или промолчит именно тогда, когда нужно. Теперь рядом не было никого, кроме Тамары, а в груди стало непривычно пусто. Иногда, когда тоска становилась почти невыносимой, Витя шел на кладбище к двум одинаковым надгробиям – одно с по детски улыбчивым лицом Леськи, второе со скупы строчками – родился и умер. В круговерти сельской жизни ему не хватало только одного – спортивного клуба и въевшихся в тело тренировок.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов