— Не надо, дорогая, — мягко сказала австралийка и обняла Аннелизе за плечи тем властным успокаивающим жестом, каким усмиряют молодых норовистых лошадей. — Вы ведь этого не хотите, не сейчас. — Джоди оказалась неожиданно сильной, и ей удалось оттеснить Аннелизе от двери. Нелл тотчас рванулась к выходу и выскочила из бара.
Джералдин на мгновение застыла, потерянно глядя на Анализе.
— Мне очень жаль, — пробормотала она.
— Еще бы, — фыркнула Аннелизе.
Джоди потянула ее за собой в глубину бара, как можно дальше от двери и от бывших друзей. Там Аннелизе тяжело рухнула в лиловое замшевое кресло и уронила голову на руки, не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Ее жизнь оказалась выставлена напоказ, ну и пусть, с ожесточением думала она, пусть их с Эдвардом грязное белье развевается на ветру у всех перед глазами. Все равно Нелл изобретет новую сказочку, чтобы себя обелить.
Джоди не стала дожидаться, пока подойдет официантка, а направилась к стойке и вскоре вернулась с чашкой горячего кофе.
— Вот, выпейте это, — предложила она, поставив чашку на стол перед Аннелизе. Сдвинув теснее кресла, она ласково обняла сгорбившуюся женщину за плечи. — Я знаю, вы испытали потрясение, но немного кофе вас взбодрит.
— Я думала, в таких случаях лучше помогает бренди, — вяло откликнулась Аннелизе, обхватив чашку ладонями.
— Бренди вреден для сердца, — живо подхватила Джоди, — хочу, чтобы вас пришлось тащить обратно в больницу на носилках.
Аннелизе издала слабый смешок.
— Спасибо, — с чувством сказала она. — Простите, что задала вас присутствовать при этой безобразной сиене. До вас вряд ли доходят местные сплетни, так что вы скорее всего не слышали, что муж ушел от меня к моей бывшей лучшей подруге.
— Нет, — качнула головой Джоди. — Мы только недавно сюда переехали и еще не успели вступить в клуб любителей перемывать косточки соседям. А Ивонна знает? — осторожно спросила она, вспомнив, что ее ближайшая соседка работает вместе с Аннелизе в благотворительной лавке.
— Понятия не имею. — Аннелизе безразлично пожала плечами. — Я ей не говорила, не могла себя заставить. Вообще-то Ивонна хорошая подруга, наверное, она приняла бы мою сторону. Господи, почему всегда приходится принимать чью-то сторону, когда распадается брак?
— Большинство людей стараются этого избежать и сохраняют нейтралитет, — заметила Джоди, но Аннелизе ее не слушала.
— На самом деле наш брак не просто распался, чувство такое, будто взорвалась граната или фугас. «Распался» — слишком безобидное слово, оно не передает сути. «Брак распался» — означает, что вы догадывались о приближении конца, а я даже не подозревала. Как это, наверное, глупо, да? Смотрите, не совершите ту же ошибку, Джоди. Смотрите в оба за своим мужем. Простите, — тут же извинилась Аннелизе. — Вам не нужны мои советы. Вы молоды, и ваше поколение куда лучше разбирается в человеческих отношениях, чем наше. Нам кажется, что нужно во что бы то ни стало держаться за семью, а желание послать все к черту — это признак слабости. А может, признак слабости — цепляться зато, что давно разлезлось по швам? Я не знала, что мой брак превратился в труху, я думала, у нас все хорошо. Ох, простите меня, — снова вздохнула она. — Вам ни к чему выслушивать все эти бредни. Неприглядные подробности чужого неудавшегося брака. Я вовсе не хотела вас пугать.
— Вы меня не испугали. — Джоди понимающе кивнула. — Люди то и дело расходятся. Мои родители тоже развелись.
— Мне очень жаль, — тихо сказала Аннелизе.
— Да бросьте, — отмахнулась девушка. — Так даже лучше. Когда я была ребенком, они только и делали, что ругались, отправив нас с братьями спать, а утром изображали дружную семью, как будто мы глухие и не слышали, как они орут друг на друга. Потом родители наконец развелись, и все вздохнули с облегчением. Теперь они оба счастливы, хотя и не живут вместе.
— И это не отпугнуло вас от замужества?
— Нет, но отучило от ссор. Мы с Дэном никогда не ссоримся. Иногда мне даже кажется, что в этом есть что-то ненормальное. Все вокруг говорят, что в браке нужно иной раз допустить пар, и в шумных стычках ничего страшного нет, но мы никогда не вступаем в словесные перепалки. Конечно, у нас бывают разногласия, но споры слишком расстраивают нас обоих. Не представляю, чтобы мы когда-нибудь стояли и кричали друг на друга. Мне бы не хотелось такое пережить.
— Мне тоже не хотелось бы, — отозвалась Аннелизе и тут же подумала, что куда уместнее употребить здесь прошедшее время, ведь ее нелюбовь к семейным ссорам, как и сама семейная жизнь, осталась в прошлом. — Я не была любительницей скандалов, — поправилась она. — И мы с Эдвардом никогда не устраивали шумных разборок с криками и визгом. Мы хорошо ладили. Не скажу, что все было гладко, порой мы переживали трудные времена, но все же выдержали и вырастили Бет.
— Бет — это ваша дочь? Что она обо всем этом думает?
— Она ничего не знает.
— Вы ей не сказали?
— Нет, но собираюсь сказать, она на днях приедет в Тамарин навестить Лили. Бет с ума сойдет, когда узнает, что мы с ее папой больше не вместе.
— А почему вы ей раньше не сказали?
— Я даже не знаю, как заговорить с ней об этом, — вздохнула Аннелизе. Всю жизнь она старалась ограждать дочь от малейших огорчений, поддерживая в ней уверенность, что все идет прекрасно. Наверное, иногда она излишне опекала Бет, но по-другому было нельзя: Бет, такая чувствительная и ранимая, всегда была беззащитна перед жестокостью этого мира. И вот теперь Аннелизе должна была причинить своей девочке боль, открыв правду. Даже думать об этом было невыносимо. — Я должна сказать ей, но ума не приложу, как это сделать.
— Скажите прямо, без уверток, — посоветовала Джоди. — Будь я вашей дочерью, я предпочла бы услышать правду. А Иззи, ваша племянница, наверное, знает?
— Да, я сказала Иззи. Как раз сегодня. И она была в ужасе. — Аннелизе содрогнулась, вспомнив мучительное объяснение с племянницей. — Иззи, сильную, умудренную в житейских делах женщину, совершенно убила новость о нашем с Эдвардом разрыве. Что же будет с Бет, когда она узнает? Не думала, что у Иззи так легко вышибить почву из-под ног.
— Может быть, она так тяжело переживает неприятности дома, потому что сама живет далеко отсюда, — задумчиво сказала Джоди. — Когда переезжаешь в другую страну, плохие новости из дома заставляют тебя испытывать чувство вины, ведь тебя нет рядом с близкими. Но к вине примешивается едва заметное облегчение, оттого что ты далеко и никто не ждет от тебя активных действий. Из-за этого тоже чувствуешь себя виноватой, и все еще больше запутывается. Звучит ужасно, правда?
— Нет, — покачала головой Аннелизе. — Просто откровенно. Я бы с удовольствием оказалась сейчас подальше отсюда, чтобы избавить себя от лишних страданий. Но это не выход. Я должна быть здесь ради Лили и ради Иззи с Бет. Уверена, вам понравятся обе наши девочки. Бет здесь долго не пробудет, а у Иззи билет с открытой датой, так что, я думаю, она задержится в Тамарине еще на неделю.
«В Нью-Йорке Иззи некогда будет предаваться унынию, там ее сразу затянет привычный водоворот дел», — подумала Аннелизе и озабоченно нахмурилась, ей вдруг пришло в голову, что Лили может еще долго пролежать в коме, и Иззи все это время будет совершенно нечем себя занять, разве что неподвижно сидеть у бабушкиной постели.
Хорошо бы она составила компанию Джоди. Вместе они провели бы маленькое расследование, узнали бы побольше о Ратнари-Хаусе и выяснили, кто такой этот Джейми. Иззи это помогло бы отвлечься от тягостных мыслей, ведь ее бабушка, возможно, никогда не выйдет из комы.
— Иззи умница, она могла бы помочь вам поработать с архивами. Ей сейчас приходится очень тяжело из-за Лили. Вдобавок она так давно живет в Америке, что чувствует здесь себя немного чужой. Мне кажется, погрузившись в историю Тамарина вместе с вами, она вновь ощутила бы свое потерянное родство с этой страной, вернулась бы к своим корням, — взволнованно проговорила Аннелизе.
— Это было бы замечательно, — искренне обрадовалась Джоди. — Мне нравится эта идея. Вы думаете, Иззи согласится мне помочь?
— О да, она такая деятельная и энергичная. Если вы хотите, чтобы кто-то вместе с вами бился плечом к плечу над разгадкой тайны, то вам нужна Иззи. Она способна очаровать любого; если нужно что-то выведать, ей нет равных; она общительна, собрана, легко ухватывает суть и уверенно идет к цели, поэтому у нее так успешно сложилась профессиональная карьера. Боюсь, Иззи из тех женщин, что «замужем за работой». Жалко. — Аннелизе огорченно вздохнула. — Она яркая, красивая девочка. Но каждый выбирает свой путь, и, похоже, Иззи предпочитает независимость.