Неожиданно прямо передо мной на тропинку выскочил мужчина в красной куртке — я не успела затормозить и врезалась в него.
— Ой! — Мне с трудом удалось удержаться на ногах.
— Надя! Какая неожиданная встреча, — заявил человек, который, вот незадача, оказался моим преподавателем русского. — Вы уже выучили, как правильно ставить ударение в слове «обеспечение»?
— Наверное, — буркнула я и попятилась.
— А что у вас со словами «вогнутый» и «исчерпать»?
Я пожала плечами.
— Видимо, все отлично, раз вместо того, чтобы посвятить себя зубрежке, вы шастаете по паркам, — угрожающим тоном процедил преподаватель, а потом сунул руку за пазуху.
Внутри меня все сжалось, а в ушах зашумело. Что он задумал? Что у него под курткой? Неужели то, о чем я думаю?
— Я просто гуляю, — сказала я, стараясь казаться уверенной в себе, но мой голос предательски задрожал. — Свежий воздух. Говорят, он полезен для мозга.
— Хорошеньким девушкам не стоит забредать так далеко от цивилизации. — Глаза преподавателя угрожающе сузились, он сделал шаг ко мне.
Я отпрянула и уперлась спиной в шершавый ствол одной из сосен.
— Хорошенькие девушки должны сидеть дома над учебниками, — процедил препод и, выудив из-за пазухи толстую стопку исписанных листков, протянул ее мне. — Возьмите-ка еще пару тысяч слов для изучения.
О боже! Только не это. Мой самый большой кошмар стал реальностью — сердце сжалось, а руки затряслись. Но я не собиралась так просто сдаваться.
— Глядите: птичка! — крикнула я и показала куда-то за спину преподавателя.
— Где? — он неторопливо оглянулся, а я бросилась бежать.
Туман накрыл меня влажным удушливым шатром, перед глазами замелькали красно-коричневые стволы, а в носу защипало от свежего утреннего воздуха. Я бежала изо всех сил, бежала как сумасшедшая. Пару раз я спотыкалась и падала, но звук настигающих меня шагов так пугал, что я вскакивала в одно мгновение и продолжала свой бег.
Наконец я выбежала из парка на дорогу, прямо к остановке. Туда как раз только-только подъехал троллейбус. Я юркнула в салон и, когда двери за мной закрылись, с облегчением выдохнула. В этот момент из кустов выскочил мой преследователь и завертел головой по сторонам, пытаясь понять, куда я делась. Я пригнулась, чтобы он меня не заметил.
Через пятнадцать минут троллейбус въехал в мой район. Там царила безмятежность: благоухали зацветшие абрикосы, резвились щенки, играли в догонялки дети. Неудивительно, что я брела к дому с улыбкой на лице.
Квартира встретила меня запахом чего-то жареного и вкусного. На кухне скворчало масло.
Тихо напевая, я, не торопясь, разулась и, зашвырнув туфли в угол прихожей, прошла в свою комнату. Там творилось что-то странное: мой ковер был полностью заложен какими-то исписанными листками.
— Мамуль, откуда у меня в комнате столько макулатуры? Что это?
Сзади послышались неторопливые шаги — я обернулась, и улыбка медленно сползла с моего лица. Передо мной стоял преподаватель русского и жевал сырник.
— Наденька, разве вы еще не поняли, что вам не спрятаться от знаний?»
Карина закрыла мое сочинение с вытаращенными глазами.
— Надь, ты серьезно? — нервно спросила она. — Ты, правда, хочешь сдать Кострову вот это?
— А что такого? — я ухмыльнулась. — Он же сам просил, чтобы мы проявили фантазию.
— Ты точно чокнутая! — для пущей убедительности Карина покрутила пальцем у виска. — После подобного сочинения зачета тебе не видать как своих ушей.
— Да ладно тебе! — Я отобрала у подруги свои листочки и расправила их чуть замявшиеся края. — Нормально все будет.
Но после того как начался очередной семинар по русскому, я в этом немного засомневалась.
Мистер Сердитая Борода явился на работу совсем не в настроении. Сначала он устроил нам орфоэпический диктант, потом стал, как в школе, вызывать по списку к доске. У доски те, кому не повезло, десять процентов времени выполняли различные упражнения, а остальные девяносто — выслушивали язвительные Костровские комментарии.
С одной стороны, в этот день тупили все будь здоров (даже у меня сложилось впечатление, что большинство моих сокурсников только чудом сдали русский на вступительных). С другой, очень сложно работать, когда кто-то постоянно заглядывает тебе через плечо, выискивая повод поглумиться, а Борода именно так и делал.