Даайлинг молчал, но не отпускал, хотя хватка его стала слабее.
— Ревнуешь? — наконец с усмешкой спросил он.
— Что?! — возмутилась я, поворачиваясь к нему лицом. — Это вы меня приревновали к Эйзею.
Чеашис только рассмеялся и совершенно неожиданно наклонился, касаясь своими губами моих. Я замерла в напряжение, смотря широко распахнутыми глазами в его серебристые. Его влажный и такой горячий язык скользнул между моих губ, не встречая никакого сопротивления и проник внутрь. Я тут же зажмурилась, захваченная в плен его умелыми движениями. О, что это были за чувства! Внизу живота разлилась раскалённая лава и я свела их вместе. Чеашис обнял меня за талию, притягивая ближе, властвуя над моими губами, ртом, мыслями и чувствами. Сердце билось уже о его грудную клетку, так тесно и сильно он сжимал меня в своих объятиях. Я не стояла на ногах, цеплялась за него, чтобы не упасть. Как же это было прекрасно, неописуемо прекрасно! Он разорвал поцелуй, проводя языком по моей нижней губе, а я не могла надышаться воздуха, чувствуя жар в теле.
— Ты совсем не умеешь целоваться, — от его тихого, с лёгкой хрипотцой, голоса у меня мурашки прошлись по телу.
— А я никогда до этого и не целовалась, — я не могла узнать собственный голос. — Научите меня, профессор.
Его глаза опасно блеснули.
— Я преподам тебе отличный урок.
И я утонула в новом поцелуе, более страстном и захватывающем Его губы переместились на мою шею, покусывая кожу и оставляя поцелуи на местах укусов. Руки профессора уже стягивали с меня платье, а я в ответ помогала раздеться ему. Всё было прекрасно ровно до того момента, пока я не очнулась на земле, голая, прижатая его полуобнажённым телом к холодной земле. Он уловил панику в моём взгляде и нежно поладил щёку, оставляя на лице осторожные поцелуи.
— Я ведь вам говорила, что у меня никого не было? — напомнила я ему, напуганная рассказами о том, что в первый раз очень больно и что мужчина не заботится о женщине.
— Я знаю, но ты торопишься Лината, у нас сперва состоится маленькая прелюдия.
Я не успела спросить что это, как он вновь припал к моим губам, с жадностью целуя, сминая в руках мои груди и при этом удачно расположившись между моих ног. От земли веяло холодом, поэтому я постоянно балансировала между холодом и огнём, то уносясь в пучины наслаждения, то возвращаясь в суровую реальность. Я гладила его плечи, руками водила по груди. Мне нужно было его касаться, ощущать целиком. Это всё-таки произойдёт. Я стану его целиком и полостью. Он толкнулся бёдрами и я почувствовал его даже через ткань штанов. Я попыталась свести ноги, чем вызвала лишь глухой стон на губах профессора.
Такое бывало только в моих снах... Может и сейчас я сплю?
Он разорвал поцелуй, нависая надо мной и смотря прямо в глаза. Его не очень заботил то, что я лежу почти на голой холодной земле и могу заболеть. Меня и саму это мало заботило в данный момент.
Я почувствовала нежное прикосновение ладони к внутренней стороне бедра, слишком близко и вновь дёрнулась.
— Успокойся Лината, а то ты мне напоминаешь необъезженную кобылку, — сравнение было оскорбительным и я недовольно поджала губы.
Он вновь повторил движение, но в этот раз я лишь вздрогнула.
— Расслабься, сейчас будет прекрасное.
И его губы оказались на моей груди, нежно целуя, выводя языком узоры, прихватывали соски, а тем временем коварные пальцы подобрались ближе к лону и раздвинув половые губы, скользнули внутрь. Я тут же свела ноги, выгибаясь. Его горячие пальцы были во мне и двигались. Я задохнусь, попытавшись отползти, в этот момент даже земля уже не беспокоила меня. Если я так реагирую на пальцы, то что же будет, когда он войдёт в меня сам?
— Я передумала, — я присела, но новые движения, более глубокие и чувственные, заставили меня откинуться на землю и протяжно застонать. Что, чёрт возьми, он делает со мной?
Даайлинг что-то зашептал, какое-то заклинание, а я, выгибаясь под его руками, недовольно на него посмотрела. Что он задумал?
— Прости, я просто не позаботился о тебе сразу. Не хорошо такому разгорячённому телу лежать на холодной земле, я лишь подогрел участок земли и сделал траву мягкой, как шёл, — улыбнулся он, поясняя.
У меня даже слёзы на глаза навернулись. Да быть такого не может! Он серьёзно подумал обо мне?
Пальцы продолжали свой волшебный танец, а я не могла устоять, выгибаясь перед ним. Не было стыда, только ещё неосознанное желание. Неожиданно он вытащил ленту из волос и мои кудри рассыпались по траве. Зачем это?