– Ты не кори себя, Мар, – подруга встала из-за стола, наклонилась над Мариной и обняла ее, гладя по голове. – Мы же все видели тогда во время обряда, что кто-то вмешался. Не саму Нину потянуло к темному – подтолкнули ее и с фантомом помогли. Конечно, будь на ее месте другая, может быть, удивилась бы происходящему да сопротивляться стала. А Нинка любопытная слишком.
– Ой, не знаю, Ладуш, ну ладно, она любопытная и отчаянная, а я-то как это просмотрела? Гуру хренов. И ведь прекрасно она знала о границах между белым и темным. Сама как билась за Ленку после ее ужасного поступка, кнотен свой отдала, в который столько сил вложила. Людям помогала, бескорыстно, искренне. И вдруг как переключили у нее что-то внутри.
– Вот именно, значит, ни ты не виновата, ни даже она. Воспользовались ею. С помощью самого безотказно действующего на нас, женщин, оружия: любви, – успокаивала Лада.
– Лад, ну какой любви? К кому? К этому инкубу чертовому или кто он там был?!
– Кем бы он ни был, обратно сюда точно не вернется, – ледяным голосом процедила Лада, выпрямляясь. – Второй раз ему не прорваться.
– Хоть это успокаивает… Нальешь еще кофейку? Засыпаю от погоды этой дождливой, сил просто нет.
Лада снова проделала все манипуляции, и скоро перед Мариной стояла полная чашка с черным кофе.
– А с Ксюшей-то мне что делать? – спросила Марина, вспомнив о главной цели своего визита. А то опять все разговоры к Нине сводятся. – То есть я знаю, что надо помочь. Но, может быть, ты что-то посоветуешь? Пока не отошла от дел, – грустно добавила Марина.
– Ну, раз сама просит, обязательно надо помочь. Можно заблокировать ее силы. Да хоть амулетом. Мы его заговорим, а она станет носить, и пока он на ней, все будет под контролем.
– А если потеряет или забудет?
– Как вариант, можно амулет в Доме разместить. За стенкой, как обычно.
– А как это будет работать? – заинтересовалась Марина.
– Мы не блок на способности поставим, как если бы она его носила. А наоборот, в амулет соберем силу и запрем ее. Так даже вернее будет. Ни потерять она его не сможет, ни надеть забыть. Но, конечно, это только с ее согласия.
– Ну да, – кивнула Марина. – Если амулет на себе носить, то можно снимать и даром пользоваться. А тут полностью с силой попрощаться придется. Мне второй вариант, если честно, больше нравится.
– Надеюсь, ей тоже он больше подойдет, – сказала Лада. – А в общем, Ксения – это самая маленькая и легко решаемая из наших проблем.
– Что ты имеешь в виду? – с тоской в голосе переспросила Марина. – Что-то еще случилось?
Она знала, что Гуля в последнее время вела себя странновато и отчужденно. Но в свете недавних событий это никого не удивляло. Они все сейчас словно были под прицелом у невидимого снайпера. Если об этом все время думать, можно просто сойти с ума. Это так страшно, весь год жить под гнетом ожидаемой смерти, не зная, тебя ли она настигнет или кого-то из твоих любимых подруг, что, может быть, еще тяжелее. Ведь ты не сможешь спасти этого человека и, оставшись в живых, не смоешь с себя чувство вины за то, что он, возможно, занял твое место.
Казалось, что больше всех это затронуло Варвару. Она действительно будто сходила с ума. Но ведь она-то не приносила себя в жертву во время обряда! Где же была она, пока дух хозяйничал в ее теле? Что с ней там делали? Она на следующее за ночью обряда утро очнулась уже немножко другая, а после уничтожения фантома это стало еще заметнее.
– Ну, – начала Лада, – Гуля как-то тут сказала, что ненавидит свой дар. Что это на самом деле родовое проклятье, и она мечтает, чтобы наконец прекратилась передача этого жуткого наследства. Только у ее родного брата недавно родилась дочка. Так что все идет своим чередом, и эта девочка обречена жить в одиночестве, без семьи, без детей, и обязана ведать людям, правильный ли они выбор сделали или нет. Она должна развенчивать их мечты, сообщать, что живут не той жизнью, которой могли бы…
Столкнувшись с ошарашенным взглядом Марины, Лада осеклась.