Руслан улыбается мне, кажется, наиграно воодушевлённо, и тоже поднимается с места. Его грубый низкий бас не вяжется с его нервозностью.
- Почти. Осталось гостиную обставить и кухню по мелочи доделать. Марина нормально. Скоро на новоселье позовём.
- Буду ждать. Не терпится посмотреть, как вы обустроили своё гнёздышко. Сестра такая скрытная, ничего не вытянешь из неё!
Надеваю маску и указываю рукой на ширму.
— Проходи, сейчас я тебя буду щупать! — пытаюсь шутить, чтобы погасить всю остаточную неловкость между нами. Мне кажется, после этого приёма меня уже ничто не смутит. А я смущена до дрожи в руках. Потому что как будто только что осознала, что буду касаться члена Руслана. Мужа сестры. Мужа. Сестры. С которым я довольно часто пересекаюсь и неплохо по-дружески общаюсь.
— Только осторожно, мой младший любит ласку, — с его стороны тоже попытка перевести напряжение в смех. Провальная, потому что, когда Руслан заходит за ширму, следующие слова оттуда звучат ещё более напряжённо. — Верх снимать? До какой степени вообще оголяться?
Достаю одноразовые перчатки, пока по ощущениям в голове жужжит рой пчёл. Перестаю кусать губы под маской и стараюсь ответить именно как врач.
— Не нужно. Достаточно приспустить джинсы. Мне хватит.
И почему мои слова звучат настолько двусмысленно сейчас?! Или я себя накручиваю?
Я прохожу за ширму, оказываюсь в сжатом пространстве с огромным мужчиной, который занимает половину этой коморки, воздух здесь кажется ещё более спёртым, пропитанным мужским парфюмом, и моё дыхание совсем даёт сбой, руки в латексных перчатках мокнут.
— Готов? — чего стоит говорить с улыбкой и по-прежнему спокойно.
Руслан оборачивается ко мне, его ноги стоят на ширине плеч, стальные плечи и спина под свитером напряжены, взгляд из-под опущенных бровей. Я знаю, что его штаны уже приспущены, но намерено не смотрю пока туда. Он кивает мне и отворачивается, уставляется в стену перед собой.
— Можешь смотреть.
И, словно по его приказу, я делаю шаг к нему и смотрю вниз.
Глава 3.
Я много повидала за свою практику. Видела всякие: и красивые, и не очень. Но сущие единицы могли бы побороться с Русланом за звание визуально лучшего пениса в жизни Евгении Стрельцовой. В меру длинный и в меру толстый, но такой, который точно заполнит до краёв, а при более быстрых и глубоких движениях сделает приятно больно. Он в состоянии спокойствия, но я уже могу определить, каким он станет в боевой готовности. Перед глазами даже проносится картинка: идеально ровный, где головка напоминает грибную шапочку, розовая, бархатная, плотная, упругий ствол увит голубыми венами.
Кое-как сдерживаю простое женское «вау», стыжусь своего интереса, потому что Руслан, по-моему, замечает мой любопытный, далеко не профессиональный взгляд, и, принимая как можно более серьёзное лицо, протискиваюсь между мужчиной и своим рабочим креслом. Чуть задеваю его грудь плечом и вздрагиваю, мысленно чертыхнувшись. В этот момент я уже сильно жалею, что приняла Руслана. Как хирургу нежелательно оперировать родственников, так и урологу – осматривать мужа сестры. Но назвался профи – полезай в кузов.
Только когда оказываюсь напротив мужчины, поднимаю на него взгляд. Руслан кажется хладнокровной скалой. Даже восхищаюсь, как он быстро взял себя в руки. Это и меня встряхивает хорошо. Кто здесь врач? Соберись, Евгения Романовна!
- Так, а сейчас небольшой шаг назад, пожалуйста, - мягко прошу, рукой указывая за спину Руслана, дабы не оказаться в ещё более смущающей близости с его органом, когда сяду.
Он делает так, как я говорю, после чего я сажусь в своё кресло и оказываюсь лицом к… объекту. В живот ухается что-то острое. Он ухаживает за собой. Пах выбрит несколько дней назад, а от кожи исходит тонкий ненавязчивый аромат свежести. Кондиционера для белья и хвойного мыла. Он не готовился судорожно к приёму, не выливал полфлакона парфюма в трусы и не подтирался на скорую руку салфеткой в туалете, как делают большинство мужчин перед приёмом у меня. Приходит уверенность, что этот мужчина каждый день такой.
— Кофту можешь немного приподнять.
Когда Руслан послушно подцепляет пальцами край кофты и задирает её немного кверху, я аккуратно протягиваю к нему руку, стараясь не рассматривать открывшиеся косые мышцы живота и взбухшие вены, текущие к паху. Это Руслан. Это же мой зять. Замираю на секунду в нерешительности, но снова быстро беру себя в руки. Сначала решаю пальпировать область вокруг, а уж потом перейти к основному.
Пальцами в голубых перчатках касаюсь верхней области паха, живот мужчины сильно напрягается, выделяя нижние кубики пресса особенно сильно, но это абсолютно нормальная реакция во время осмотра.