Вдруг реально, до рвоты представился срез тюбинга подвешенный в космической пустоте. И тьма, злобной акушеркой затаившаяся у обрыва трубы, ждущая единственного шага, чтобы принять его в холодные объятия небытия. Виртуоз до мельчайших деталей представил себе, как падает в бездну, раскинув руки, с выпученными от ужаса глазами. Как лопаются кровеносные сосуды, выбрасывая в пустоту фонтаны красной пыли, как разрываются от недостатка кислорода легкие и последним кашлем, гаснущим в абсолютной тишине он выкашливает их жалкие ошметки.
Он сел на пол, тупо глядя перед собой, прямо в круг света, застывший на стене. Все остальное утонуло во мраке, но освещенный участок проступил из негатива подземки единственным светлым пятном. И обнажил ущербное бетонное полотно, заляпанное то ли кровью, то ли краской.
Если это и есть смерть, то она не страшна. Самая страшная смерть является каждому диггеру в кошмарах: сутками лежать под завалом с раздробленными конечностями в мучительном, сводящем с ума спарринге с болью.
Лезла, шурша, в свою вечность закольцованная в бесконечном пространстве вселенной змея.
Чистилище. Может, так оно и есть? И здесь, с вечно текущей змеей — временем, сиди сколько хочешь. Думай о своем, размышляй, ходи туда-сюда, существуй в пространстве, ограниченным мраком, как в камере предварительного заключения. С одной лишь разницей — срок пребывания зависит от тебя. А когда будешь готов к смерти, сделай единственный шаг.
Тогда чего ждать? Он готов.
Виртуоз вздохнул так продолжительно, как только мог.
Ступай в ад самостоятельно. Особенно, если выбора нет. Виртуоз встал, подошел к грани, возможно, последней грани в своей жизни. Вытянул руки вперед, затаил дыхание и — отчаянно балансируя на границе, где еще был свет, шагнул в космическую, холодную бездну…
— Вирт! Мужик! Ты куда пропал? — Бразер подхватил на руки падающее тело.
Виртуоз спотыкнулся, но на ногах удержался. За спиной Бразера облегченно переводила дух Штучка, рядом с ней стоял невозмутимый Коллайдер. Они не успели соскучиться, отметил про себя Виртуоз. Змея текла только в аномалии, здесь не прошло и минуты.
— Все в норме, — хрипло сказал Виртуоз. — Аномалия. Хрен ее дери. Двинулись.
Напоследок он обернулся: не было за его спиной никакого тюбинга. Крохотный закуток, по дну которого тянулась труба.
Синкопами капала вода, настраиваясь на долгую симфонию. Виртуоз прислушивался к капели, не в силах отделаться от странного чувства. Такое бывало с ним всегда, после выхода из аномалии. Как будто там он и остался и не было никакого хэппи энда. И все вокруг — группа, битый кирпич под ногами, и звуки, и запахи — галлюцинация. Которой нет и не будет ни конца, ни края.
Потом это ощущение прошло и Виртуоз успокоился.
Минут через пятнадцать коллектор прервался, перекрещенный боковой веткой. Первым нырнул туда Бразер и присвистнул, остановившись на пороге бывшей насосной. Казалось, еще некоторое время назад она была заполнена водой. Черная слизь, водорослями осевшая на бортах блестела от влаги.
Они стояли у бассейна, длиной метров двадцать пять и глубиной метров пять, не меньше. С одной стороны, встроенные в стены под самым потолком темнели оконные провалы аппаратной. Острые края уцелевших осколков стекол стянула паутина. Потолок украшали сталактиты, до странности напоминающие осиные гнезда — ноздреватые, огромные. На дно бассейна уходила лестница и такая же поднималась с противоположного края. Внизу теснились насосные агрегаты. В водорослях, ковром облепившие все, что находилось в бассейне, шевелилась мелкая живность.
Стояла тишина. Бразер, застывший на краю бассейна, вертел головой. Он не знал, откуда ждать опасности.
— Уютное. Местечко, — с расстановкой сказала Штучка, облизнув сухие губы.
Виртуоз обернулся, оглядел девушку с ног до головы. Она тяжело дышала. Видно было, сколько усилий она прилагала к тому, чтобы передвигать ноги. Следовало устроить полноценный отдых, но словно какая-то сила гнала спецназовца вперед. Вот перейдут без приключений на другую сторону — и тогда…
Пути назад не было. Просто потому, что путь назад назывался возвращением. Путь вперед более всего напоминал ловушку. С другой стороны весь нижний уровень — одна сплошная ловушка. Однако взялся за гуж, не говори что не дюж. А Виртуоз взялся.
— Переходим по дну, — сказал он. — Бразер идет первым. Коллайдер остаешься здесь, пока мы с ней не перейдем. Вопросы есть?