– «Скоро надо будет свистнуть наших аux pieds légers за перезарядкой. Вот мы влипли, а…»
– «Пока же держимся…» – ответила ее «второй номер»: канмусу крейсера «Кольберт» Мари Фаньер, идущая параллельным курсом вместе с двумя эсминками.
– «Угу, до первой их общей атаки. А потом начнется полная свалка… Боги! Может вы пошлете нам хоть кого-нибудь в помощь?! Очень бы не помешало, право!..»
Но серое, бурлящее и слоистое небо над головой осталось безответным к мольбам…
…Или нет?..
– «Эй, а это еще что такое?» – спустя несколько минут навострили уши канмусу группы сопровождения линкора.
Возникший где-то на границе слышимости звенящий в вышине, прорывающийся сквозь близкий рев непогоды звук был явно не природного – рожденного бурей и морем, – а искусственного происхождения. Мало того, он приближался: и вскоре, пробив плотную пелену облаков и слегка «просев» вниз за их кромкой от перепада давления, на высоте чуть более мили и с удалением вдвое в этот обманчиво-спокойный гигантский колодец из туч и седой мглы вывалилась старая двухмоторная «Каталина»! Но что было поразительнее всего – это то, что ведущие ее люди явно оказались здесь не просто так, и знали, куда и зачем летят… И отступать, похоже, не собирались. Ведь эта летающая лодка, пусть даже случайно нырнув в эпицентр тайфуна и чудом не развалившись где-нибудь на полпути к нему, – при виде картины происходящего здесь вовсе не поспешила прочь, да притом как можно скорее.
– Всем, …о нас слышит! – внезапно ожило радио на общей волне. – Это SSA-025 вспомогательно-разведывательной авиа… базы ОФ Брисбен! Пришли по вашему сигналу! И у нас на борту гру… канмусу SG-18 в полном составе! … садиться и очень не отказались бы от прикрытия!
– Чего-о?.. Да ладно?!!.. – «Жан Бар» решительно захотелось протереть глаза. Она даже пару раз с силой сжала веки, но самолет – ревущий на вираже движками и подмигивающий бело-красно-зелеными ходовыми огнями на законцовках крыла и посадочным проблесковым маячком – никуда не делся, продолжая облет конвоя с легким набором высоты.
– Mon Dieu!.. – только и смогла выдохнуть пораженная мадмуазель Магритт. – Мне не послышалось про SG-18? Они правда привезли сюда этих бешеных…?
– Вот только скажи, Рене, что здесь и сейчас ты этим еще и недовольна… – с явным облегчением хихикнула в ответ Фаньер. – Кстати! Ты же там что-то просила у богов? Похоже, что сработало. Может, их милость еще не кончилась? Проси еще что-нибудь!!!
– А-а-а-а-а… А хочу познакомиться с парнем! – ляпнула Магритт первое, что пришло в голову. – Симпатичным и интересным!.. И покрепче, чтоб не бояться переломать ему все кости!
– Вот кто про что – а ты о парнях… Как бы эти летуны сейчас сами кости не переломали! – присвистнула вдруг враз посерьезневшая Мари. – Смотри, что творят! Они там что, уже все с ума посходили?!..
– …Иисус Мария! Мы все-таки долетели! – сжимая подрагивающий штурвал, выдохнул Анхель Прадо, когда внизу, в заметно рассеявшейся серой дымке, мелькнули темные силуэты судов, расцвеченные редкими огоньками. – Qué fuerte!
Двенадцать, даже почти тринадцать часов прошло с тех пор, как их отчаянный борт взлетел с базы в Брисбене. Позади был полет вдоль восточного побережья Австралии, в течение которого с ними выходили на связь раз двадцать – не меньше. Такие же пилоты на земле и в воздухе, береговые базы, выносные посты и аэродромы, работающие на ОФ. Слухи о цели их вылета распространялись, как пожар в буше, и каждый хотел перекинуться с ними парой слов и пожелать им удачи.
Перед тем, как окончательно уйти в поиск над грозовым морем, «Каталина» Фрэнка Боуга приводнилась в извилистом заливе Джаки-Крик, что находился на выступе самой северной оконечности австралийского континента, который, как большой палец ноги, упирался в Папуа-Новую Гвинею. В этом месте, среди изрезанных небольшими ручьями и речушками болотистых прибрежных зарослей, неподалеку от самого северного в Австралии пункта радиолокации и наблюдения, расположенного в Бамаге, притаился небольшой частный аэродром «Нортерн Пенинсула». Причем, что интересно: аэродром хоть и имел только грунтовую полосу, но расположенный буквально на задворках залив позволял ему принимать и гидропланы – что для больше не имеющей возможности приземлиться «Кэт» было настоящим подарком. После спешной переделки и облегчения «Каталина» из самолета-амфибии окончательно превратилась в летающую лодку. Одни ее колеса с гидравлической системой выпуска весили почти полтонны, занимали изрядно внутреннего пространства, и поэтому были демонтированы в первую очередь.