Старуха несколько долгих, мучительных мгновений смотрела в глаза своей преемнице, но затем всё же стыдливо отвела взгляд и глухо ответила:
— Нет. Никто бы не стал. В них нет и грамма уважения к женщинам, но у них есть честь. В том, что случилось, её нет вообще.
— Значит, Ренегон. — удовлетворённо кивнула леди Элеонора, а затем звонко хлопнула в ладоши. — Чоп-чоп, девочки! Не будем затягивать сборы! Лучше, чтобы нас не было здесь, когда он решит спохватиться и проверить, как обстоят дела с целительницами!
— Всех, конечно, не заберём, но проблема решаема. — важно кивнула Лукреция. — Старух, вроде меня, можно оставить, должен же кто-то позаботиться о детях и ученицах. Остальные уйдут небольшими отрядами, рассеявшись в листве.
— А нас вообще выпустят из страны? — со страхом спросила Мия. — Учитывая произошедшее, можно ждать любых указов.
Элеонора снисходительно улыбнулась молодой женщине.
— Ну что ты, Мия. Какая разница, выпустят нас, или нет? Будем двигаться постепенно, не торопясь. Неужели мне надо учить вас, как правильно сбегать на свидание, если строгий отец поставил решётки на окна? Ты наверняка сама знаешь все тайные тропы и места!
Молодая блондинка смутилась, слегка покраснев. А на лицах остальных женщин впервые за всё время собрания появились робкие улыбки.
Глава 24
Никогда не думал, что скажу это в сочетании с произошедшим фактом собственной свадьбы, но жизнь определённо налаживалась.
Большую часть солдат, что желали отказаться от службы, удалось убедить передумать с условием, что место их постоянного проживания смениться на Таллистрию. Шеридан и Нилас всё равно сильно ворчали по этому поводу, но всё же, но были в этом и положительные моменты: это всё ещё оставались верные мне люди, и выходило так, что Таллистрии остаётся не менее сорока тысяч солдат на случай неожиданностей.
Хотя, разумеется, я понимал, что лояльность здесь относительная. Резать своих новых жён в мою славу эти парни вряд ли бы стали: но вот подавить восстание против королевской власти вполне могли бы.
Настроение изнасилованного города разделилось на две части: большая часть, наименее успешная в обществе, восприняла происходящее скорее как бродячий бордель на выезде. Мужчин в Таллистрии было мало, и тут порой стоял ещё вопрос, кто кого на самом деле изнасиловал: да и многие девушки получили приличных, обеспеченных мужей, на которых в обычных условиях вообще не могли рассчитывать. Но вот более богатая и обеспеченная часть, что не испытывала недостатка в любовниках, или даже была замужем…
Я отчётливо чувствовал бессильную ненависть во многих глазах, направленных на меня. Ненависть и затаённый страх: так на меня смотрели те женщины, что занимали многие государственные посты и должности. Но сделать ничего они ничего могли, так что им оставалось только смириться: мой шовинизм был в полной мере удовлетворён. А если вдруг кто забудет своё место, можно и повторить…
Свадьба была простой и понятной. Хотя, наверное, можно сказать, что её вообще не было. Меллистрия просто созвала толпу народа на площади, и объявила им новости, рассказав, что становиться моей королевой, а Таллистрия — частью соединённого королевства с сохранением внутренних законов и традиций. Ну и о беременности объявила заодно.
Лица собравшихся горожан, конечно, были совершенно изумительными. Но королеву это вообще не смутило: она просто демонстративно приказала вернуть оружие её людям и под мёртвую тишину вернулась во дворец.
Были, однако, и отрицательные моменты. Я планировал хорошо отдохнуть вместе с армией, прежде чем возвращаться в Палеотру: издать несколько указов для Таллистрии, хорошо выспаться, да и проверить некоторые новые идеи в искусстве смерти не помешало бы: всё же королевство жизни отличный полигон для таких вещей.
Однако в первую же ночь после объявления свадьбы Меллистрия отлучила меня от постели.
Не думаю, что я испытывал к ней какие-то чувства, кроме раздражения… Но красота есть красота, и королеве таковой было не занимать! Если так подумать, не так много женщин, помимо её сестры, вообще могли с ней сравниться, и я был совсем не прочь попутно использовать её в качестве любовницы!