— Приятно было поработать вместе. — кивнула мне она, вставая из-за стола. — Ты, похоже, действительно заботишься о людях. Надеюсь, ты не забудешь, что теперь таллистрийки — тоже твои люди.
— Ты куда-то собралась? — недоумённо вскинул брови я.
— Мы вроде закончили с бумагами, так что я собиралась пойти обедать… — непонимающе посмотрела на меня Меллистрия.
Я фыркнул. А затем под изумлённым взглядом королевы Таллистрии достал ещё две огромные пачки бумаг с указами: гвардейцы постарались на славу.
— Прикажи слугами принести обед сюда. — сладко улыбнулся я. — Мы только начали, дорогая моя Меллистрия. Солнце ещё высоко.
Она крепилась, старалась, и честно пыталась работать. Но бумаг и указов становилось всё больше и больше… И в конце концов я всё-таки сломал её! Все же, она была типичным человеком средневековья, и у её способности обрабатывать информацию есть свои пределы. Постепенно владычица Таллистрии начинала плыть, путаясь...
Уже ближе к вечеру Меллистрия жалобно застонала и упала лицом в очередной указ.
— Я уже жалею, что сдала город. Лучше было бы умереть в битве.
— Бумаги сами себя не победят. — хмыкнул я. — Но ты можешь попытаться пасть в этой славной битве…
Королева Таллистрии схватилась двумя руками за голову и выглядела так, словно готова расплакаться.
— Я уже ничего не понимаю… Какая разница, какие виды растворов применять в постройке замков? И что значит компоненты для раствора десять зет? И почему их надо облагать пошлинами… О мать-природа, зачем вам вообще столько законов, неужели нельзя просто жить?
— Ты же королева, уверен, ты получила хорошее образование. Здесь легко разобраться, но если ты не понимаешь этот указ, у меня есть ещё один, и довольно важный…
Я потянулся к ящику и достал оттуда папку с десятком листов. Меллистрия отчаянным взглядом обвела оставшиеся на столе документы.
— Скажи мне, что это последние. — с надеждой посмотрела она мне в глаза.
Но я был безжалостен и достал ещё три огромные папки листов с указами: за этот день мы разобрали чуть поменьше.
Меллистрия несколько долгих мгновений тупо смотрела на эти папки, а потом обессиленно обмякла на стуле.
— Я сдаюсь, ты победил. — убитым голосом признала поражение королева. — Отпусти меня, пожалуйста…
— Завтра с утра принесут колокол, и мы продолжим. — важно покивал я. — Но я ожидал большей любви к своему народу от тебя, Меллистрия…
Владычица Таллистрии застонала и посмотрела на меня взглядом побитого котёнка.
— Может, лучше послезавтра? А ещё лучше через неделю… Или две… — жалобно попросила она.
Я тяжело вздохнул, делая вид, что смилостивился.
— Ладно, так и быть. Подпиши ещё один указ и на ближайшую неделю можешь быть свободна. Это касательно браков тех из моих солдат, кто захочет уехать обратно в Палеотру с женой.
Страдальчески искрившееся лицо Меллистрии говорило, что она бы многое отдала, чтобы не делать этого, но долг всё же победил. Королева вяло скользнула взглядом по листу бумаги, вчитываясь в строки, и, не найдя ничего плохого, подписала указ.
— Вот здесь, и здесь, и на четвёртом листе… — заботливо подал я остальные листы, и она подписала и их тоже, уже на чистом автомате. — Можешь быть свободна, так и быть, прикажу убрать колокол на завтра.
— Это возмездие, да? — посмотрела на меня исподлобья королева. — Ты специально это придумал, отомстить за непокорность.
— Можешь думать что хочешь, дорогая. — пожал плечами я.
— Ты не сказал нет. — прищурилась она.
— Я так понимаю, ты хочешь продолжить работать?
Меллистрия испарилась из кабинета в одно мгновение. Я проводил её бесстрастным взглядом. Могло показаться, что это было устроено для издевательства… Но цель на самом деле была иная.
Последний указ был особенным: его я писал лично. Нет, на первом листе не было ничего криминального, да и на последующих тоже с ходу было сложно разобраться в чём суть: я применил все возможные навыки юридического крючкотворства, написав его.