В этом мире не было более достойной стороны, чем моя собственная. Ибо никто больше здесь не был способен на то, что способен я. А моя верность всегда принадлежала лишь мне самому, и, к счастью, я ещё не сошёл с ума, чтобы заниматься самопредательством.
— Выходит, сдержал три из шести. — не меняя выражения лица подкрутил ус мастер Уильям.
— Я не услышал ни слова о страхе. — сокрушённо покачал головой сэр Эрик, которого я узнал несмотря на надетый шлем. — Где же ты струсил, парень? Как это могло случиться, после всего, что сделал для тебя Лант…
Я вскинул голову, изобразив оскорблённое лицо.
— По-вашему, это нуждается в объяснении? — поджал губы я.
— Я бы хотел услышать, чтобы ты рассказал всё о своих клятвопреступлениях до конца, брат Горд. — мягко ответил мастер Лант.
Я задумался на пару мгновений. Похоже, моя стратегия раскаявшегося отступника всё же работала. Он назвал меня братом: это уже что-то. Но вот с последними клятвами… Вообще-то, мне обычно не свойственно принимать близко к сердцу чужие насмешки любого рода, однако, к моему собственному удивлению я совершенно внезапно понял, что чувствую себя оскорблённым. Оскорблённым тем, что меня считают трусом.
Когда и как я начал испытывать гордость за собственные качества? Нет, наверно, я всегда считал себя исключительным человеком, однако храбрость не была чем-то особенном в мире королей, что лично вели своих людей в бой.
Как бы мне ни хотелось этого признавать, возможно, Кадоган повлиял на меня больше, чем я рассчитывал. Однако, к счастью, это все же были позитивные изменения, вне всяких сомнений…
Никто не мешал мне размышлять, однако затягивать с ответом я не стал.
— Я не могу сказать, что был трусом до вступления в орден. — медленно заговорил я, тщательно подбирая слова без единого вкрапления лжи. — Но и эталоном храбрости себя называть не мог. И из всего, чему я научился в ордене, это, наверное, самое важное и ценное. Я как-то даже упустил момент, как вам с учителем это удалось. — я искренне покачал головой. — Как сделать из простого человека стенобитный таран, способный без страха столкнуться с любой угрозой? Как научить осторожного охотника побеждать в безнадёжной схватке, вместо того чтобы отступить?
— Модификации ордена удаляют из организма человека выработку определённых веществ, заменяя их на сжигающие страх вещества. — с лёгким недоумением произнёс мастер Лант. — Ты и сам должен это знать.
— Нет, я не об этом. — отмахнулся я. — Я давно начал терять модификации и к текущему моменту, думаю, полностью перестал быть странником на физическом уровне. Но я всё ещё остался собой. Думаю, вы и сами знаете, что я далеко не эталонный мастер меча. И всё же я прорубался сквозь элиту Ганатры, не ведая страха, взял свою первую корону свои клинком, и был первым на стенах Септентриона. Может, не будь я странником, я бы всё равно стал королём. Лет через двадцать… Но не так, как тогда, иначе.
Я не лгал им в этом. Память прошлой жизни поблёкла, но всё ещё была рядом: и потому я хорошо знал, что за человеком я был тогда. Уверенным, сильным, но осторожным, пусть и недостаточно… Фиаско с собственной насильственной смертью, наверно, должно было долго аукаться мне, научив быть ещё осторожнее, однако каким-то невероятным чудом обучение у странников выбило из меня весь страх и неуверенность напрочь.
Сэр Кадоган и в самом деле научил меня ничего не бояться и никогда не сдаваться, выковав из осторожного гибкого стилета несокрушимый клинок, не знающий поражений. Возможно, мне стоило бы заняться серьёзным психоанализом и вбить в себя немного осторожности… Но будь я проклят, если мне не нравилось быть таким! И потому я не отступал, всегда находя причины идти вперёд и способы победить. В итоге став бессмертным!
— Это невозможно. — нахмурился мастер Лант. — Модификации постоянные, и не предполагают удаления. Даже я, пожалуй, не смог бы сделать из странника простого человека. Разве что модифицировать его иначе…