— Я…
На большее, впрочем, Гастона не хватило, и, вновь опустив голову, мастер воды просто угрюмо замолчал.
— Молчишь… — со зловещим шипением втянув в себя воздух, граф Роланд злобно оскалился. — Ну что, же я расскажу за тебя. Есть, знаете ли, пара деталей, которые мастер Гастон решил любезно опустить в своём рассказе. Например, то, что в ловушку, которую он столь удачно организовал для нашего короля, попала и его жена, королева Меллистрия. Не упомянул он и то, что жестоко убил её, вместе с её нерожденным ребёнком и наследником соединённого королевства. Как и не упомянул то, что в результате этой смерти от его рук погибли десятки тысяч жителей Виталии. Четверть города обезлюдела… А затем мёртвые восстали из своих могил и принялись убивать живых, и я лично сражался на улицах города вместе с мастерами красных башен, раз за разом отбивая волны иссушенных тел, что пытались добраться до наших глоток, проходя сквозь стены пламени… Возможно, мастер Итем захочет добавить что-то еще? — Роланд скосил глаза в сторону стоящего рядом молодого мужчины в красной робе.
— Так всё и было. — подтвердил мужчина. — Хорошо ещё, тела были сухие… Но даже так, сжечь человеческое тело дотла непросто. Пламя, что убило бы простого человека, даже не замедлило этих тварей, лишь превратив их в движущиеся факелы, и многие из моих братьев по ордену поплатились своей жизнью за это знание. Но мы справились. Выстояли, защитили город… Армия соединённого королевства — гремучая смесь, где собрались самые разные люди. У нас было много конфликтов, много разногласий: но в этот день они все испарились перед лицом безжалостной смерти. Смерти, что принёс нам Ренегон.
На площади воцарилось молчание. Этериас вновь требовательно посмотрел своего советника, но старый повелитель чистого нейтраля лишь сокрушённо покачал головой, показывая, что здесь нет лжи.
— Пускай совсем недавно мы воевали с Таллистрией, и на почве этого вопроса было немало недовольных, многие были рады нашему прибытию. — продолжил Роланд. — Особенно были рады некоторые незамужние женщины, что так удачно встретили бравых воинов… Образовались семьи. Игрались свадьбы. Что тут говорить, если уж сам король выступил для нас примером, женившись на королеве Таллистрии! Я и сам влюбился в это время… А затем пришёл мастер Гастон, правая рука владыки Ренегона, первый советник верховного иерарха церкви, и убил мою любовь вместе с моим нерожденным сыном.
Граф Роланд медленно обнажил свой клинок в воцарившейся тишине, и сказал вкрадчивым голосом:
— А теперь посмотри в мои глаза, Гастон. Посмотри в глаза моих воинов, чьих жён ты убил. Посмотри и скажи, что я лгу.
Гастон вздрогнул. Но не обернулся.
— Гастон? — требовательно посмотрел владыка Ренегона на свою правую руку.
— Это правда. — с силой выдавил из себя раздавленный мастер воды после короткого молчания. — Я не хотел этого, но он был так силён… Десятки моих людей, лучших мастеров и воинов, что я знал годами, погибли за считаные секунды…
— Гастон внезапно опомнился и заговорил быстрее, пытаясь оправдаться. — Мы проиграли битву, но в отчаянии я ударил его, со всей силой и мастерством, на которые был способен, вкладывая всё, что мог в атаку, и мне удалось пробить его чёрную сферу насквозь… А за его спиной стояла королева Меллистрия.
Гастон шумно выдохнул, собираясь с силами, и продолжил:
— Со смертью королевы произошло что-то странное. Она страшно закричала, думаю, от боли, хотя и не должна была: моя атака не была настолько болезненной… А затем просто взорвалась, словно мука на мельницах, обращаясь в ничто, и это взрыв породил мощнейшую волну смерти, от которой погибла четверть города. Остальное… Вы знаете.
Гастон замолчал, тяжело опустив голову.
— Как вы выжили? Если волна смерти уничтожила четверть населения города, а вы были в самом центре? — подал голос верховный иерарх, отчаянно сжав кулаки.
— Король Горд создал мощный щит, который прикрыл и себя, и нас от удара. — нехотя ответил Гастон. — Но и его сил оказалось слишком мало, чтобы защитить город: уцелели лишь мы и небольшой конус домов, что были за нами.
Граф Роланд криво усмехнулся, бесстрашно смотря владыке Ренегона в глаза. А затем вскинул свой клинок, направляя его прямо на короля. Гвардейцы и воины храмовой стражи мгновенно ощетинились оружием, стрелки натянули тетиву…