Я с сомнением посмотрел на Лилию. Рисковать женой не хотелось, но всё-таки, её люди…
— Я не кисейная барышня. — фыркнула амазонка. — Не волнуйся, справлюсь с этим.
Королева выдержала мой долгий взгляд, и я медленно кивнул ей.
— Что же касается, меня, я отправляюсь к Бастиону с…
Вперёд выступил Элдрих, лязгнув доспехами, и грубо прервал меня.
— Нет.
Повисло тяжёлое молчание, и взгляды всех моих приближённых с изрядным удивлением уставились на латника. Личность Элдриха до сих пор была загадкой для всех, кроме Шеридана, но даже герцог Ганатры смотрел на своего предка с удивлением: всё же, прямо перечить королю.
Но я не был высокомерным идиотом.
— Поясни. — спокойно кивнул я Элдриху.
— Пока ты будешь расправляться с Бастионом, а затем лететь на всех парах к Ниорской границе, чтобы догнать свою жену, Кормир II возьмёт штурмом Дерею. — проскрипел скелет. — Можешь мне поверить, я хорошо знаю Ренегонцев… Внезапность, быстрота, натиск и штурм: так любит действовать небесная гвардия. Сколько времени тебе несли это письмо, месяц? Можешь быть уверен, элита святой земли уже выступила в путь. Если они ещё не пересекли границу Палеотры, то уже направляются к ней, вне всяких сомнений. Даже если предположить, что герцог Нилас сможет выдержать штурм и осаду, армия просто не успеет вернуться, прибыв к захваченной столице. И хотя я не фанат Палеотры, я вынужден признать, что царство золота и пламени центральная ось соединённого королевства: и если мы позволим Дерее пасть… Даже отбей мы её назад, это всё равно обернётся чудовищным ударом. От нас отвернутся собственные вассалы.
Я всерьёз задумался. Нет, можно было бы спросить мнение остальных, но причин не доверять древнему королю у меня не было. Уж он-то как раз уже воевал с Ренегоном… С тех пор прошли столетия, но разве это принципиально? Пожалуй, здесь была проблема даже не в том, что он может ошибаться, а в том, что если он прав, допустить этого мы не можем. Но если я направлюсь прикрывать Дерею, в спину Таллистрии ударит армия Нелеи, перейдя через перевал! Проклятье!
— Твои предложения? — в прорезях шлема короля-основателя мерцали слабые, почти незаметные багровые огоньки.
— Отправь меня с бирюзовой гвардией наперерез гвардии Ренегона. — без колебаний предложил Элдрих. — Мы подловим их на марше, и дадим бой, заставив умыться кровью. Выиграем время. А сам отправляйся в Бастион и отправь эту крепость в бездну самостоятельно. Я знаю, ты сможешь.
Я отвернулся, вернувшись к карте. Бирюзовые плащи… Мои рыцари смерти, как я называл их про себя. Превращение людей в пронзающих мрак давно уже стало частью моей еженедельной рутины. Периодически Элдрих приводил ко мне всё новых и новых старых воинов, пополняя ряды своего отряда. До сих пор они не подводили меня: сражались на стенах Септентриона, резали для меня огненных панцирей во дворце Палеотры, пробивались сквозь страшнейших тварей из лесов Таллистрии…
Но способны ли они бросить вызов лучшей армии континента? В чистом поле? Пронзающие мрак крепки, но не бессмертны: я всё ещё помнил, как рассыпался в пепел верный гигант, могучим броском откинув меня в сторону от яростного потока драконьего пламени…
— Сколько вас сейчас? — негромко спросил я. — И сколько будет их? Справитесь ли вы?
— Прямо сейчас в моей гвардии тысяча сто шестьдесят рыцарей. Ещё есть сто сорок четыре сына льда, но они не мне не нужны, так что можешь забрать их с собой, прикроют тебя на штурме Бастиона. — проскрипел скелет. — Что же до того, справимся ли мы… — багровые огоньки в прорезях шлема усилились, сверля меня безжалостным огнём. — Ты создал бирюзовую гвардию. Твоё мастерство определяет их силу. Пусть их будет в тридцать, сорок, хоть в сотню раз больше… Ответ, справимся ли мы, лежит внутри тебя.
Палец скелета в латной перчатке больно ткнул меня в грудь.
Пару мгновений я смотрел в багровые провалы глаз нежити, что создал сам. А затем принял решение:
— Отправляйся и утопи их в собственной крови. Пусть это будет резня. — приказал я Элдриху.