— У меня хороший заместитель, милорд. — спокойно ответил мне Роланд. — Можете быть уверены, я выдержу путь. Учитывая, кто отправится с вами, и куда мы едем, я решил, что вам может пригодиться советник, хорошо знакомый…
Я коротко рассмеялся, прерывая графа.
— Так и скажи, что не можешь позволить себе пропустить падение Бастиона. — с улыбкой махнул рукой я, затем перевёл взгляд на спутников графа. — Мелайя, Итем, а вы тут зачем?
— Я твоя тень. — пожала плечами мёртвая охотница. — Да и потом, вашему отряду всё равно пригодится проводник до бастиона, верно?
Губы молодого магистра огня тронула скупая, лёгкая мужская улыбка, которая, впрочем, быстро испарилась. После смерти Фии и Теи маг огня существенно изменился: словно некое неуловимое дыхание юности раз и навсегда покинуло чародея.
— Ты планируешь массовое убийство. — мрачно посмотрел на меня Итем. — И я хочу пойти с тобой.
— Грицелиус не сказал тебе? — слегка склонил голову я. — Мы пока воздержимся от применения семи искусств, дождавшись хода церкви.
— Мне плевать. — бросил маг. — Убьём всех свидетелей и дело с концами. Но если это будет проблемой… Я неплохо поднаторел в искусстве смерти за последний месяц.
Итем вскинул руку, и рукав его тёмно-красной мантии задрался, показывая серые татуировки. В следующий миг бледно-серые татуировки налились чернотой, и с руки молодого магистра сорвалась толстая молния смерти, разнося вдребезги путеводный камень на выезде из Виталии.
Определённо, не хуже моей в первый год обучения… Может, даже и лучше: я не вкладывал так много силы.
Молодой мужчина перевёл на меня спокойный, уверенный взгляд, ожидая моего решения.
— Садись. — кивнул я на последнюю гончую. — Нам пора в дорогу.
Дальше была безумная, невероятно быстрая гонка через субтропические леса на юго-запад. Лиственницы, кустарники, дубы и многие другие неизвестные мне деревья плавно перетекали в джунгли, пока мы с огромной скоростью скакали через зелёный массив, часто собирай удары ветками по лицу. Я ожидал, что нам придётся убить немало зверья во время этой гонки, но, к моему лёгкому удивлению, те из животных, что не испугались кавалькады костяных гончих, часто не успели за нашей скачкой.
Самых быстрых и ловких просто сжигал Итем. Молодой магистр больше не произнёс ни слова за время путешествия к Бастиону: на привалах он лишь спокойно усаживался в медитацию, набираясь сил, а во время езды лишь бросал мрачные взгляды на всех, кто преграждал нам пути, сжигая их какой-то формой дистанционного пирокинеза: животные просто превращались в живые факелы под его тяжёлым взором.
На исходе десятого дня пути, когда мы почти добрались до Бастиона, Мелайя резко свиснула, останавливая движение.
— Я вижу следы. — коротко бросила мне охотница, спрыгивая с гончей, и принялась всматриваться в лесную траву, присев.
— Хорошо подготовленный отряд. Человек тридцать, всё налегке. Профессиональные егеря. Следам чуть больше суток, двигались в сторону Бастиона. — отчиталась мне девушка.
Я скрипнул зубами. Но мы ещё можем успеть…
— Попробуем успеть. В путь. — приказал я.
Мы скакали день и ночь, и следы становились всё свежее и свежее… Но когда на рассвете мы достигли Бастиона, мне оставалось только грязно выругаться: король Ниоры опередил меня буквально на пару часов. Ворота были уже закрыты, и к ним вели отчётливые следы. Я внимательно осмотрел крепость, что считалась одной из лучший в королевствах. И то, что я увидел, мне очень и очень не понравилось.
Нет, это не был замок, построенный на горном перевале. Скорее это напоминало работу искусного резчика: словно кто-то взял высочайший пик горы, и вырезал и его верхушки гигантскую крепость. Её фундаментом служила сама гора, а вниз, судя по всему, вёл только один широкий и крутой спуск длиной в километры. Вероятно, по нёму спускали телеги… Но что-то мне подсказывало, что с защитников станется обрушить через него каменную лавину на атакующих. Самая нижняя часть представляя из себя первый ярус стен с огромными воротами, в которые могло вместить бок о бок по меньшей мере три-четыре ряда телег сразу.