И вот он здесь. Самый молодой мастер смерти среди всех членов культа, первый из них, что обрёл бессмертие: пусть и не настолько хорошее, как у его господина. Но кто знает, может и ему однажды удастся повторить это: ведь впереди вечность. Кого-то, возможно, волновала бы отсутствие еды, женщин, и прочих привычных благ жизни… Но Эскилион никогда не был с женщиной, так что особо и не расстраивался, а ушедшее чувство голода, жажды и усталости наоборот считал изрядным бонусом. А теперь его ещё и взяли с собой в поход, признали заслуги на почве изобретательства, сделали приближённым!
От открывающихся перспектив дух захватывало. Без преувеличения, он был счастлив. Эскилион буквально чувствовал, как бессмертный король смотрит на него с нотками одобрения и приязни: одним из побочных эффектов ритуала совершенно внезапно оказалась связь, через которую бывший адепт огня иногда улавливал эмоции своего господина. Учитывая, что его повелитель совершенно не высказывал никаких возражений по этому поводу, молодой мастер смерти считал это знаком особого доверия.
Мысль о том, что величайший из повелителей смерти может просто не догадываться об этом побочном эффекте, даже не приходила ему в голову. Обычно улавливать настроение господина получалось лишь вблизи… Но сегодня Эскилион с лёгким удивлением ощутил мощный поток ярости и злобы, столь сильный, что он смог почуять его даже издалека…
Юноша немедленно оторвался от изучения одной из своих книг и направился в сторону своего господина. Тот стоял на входе в Таллистрийские леса и молча смотрел в небо: а неподалёку от него, с бесстрастным выражением лица стояла леди Лилия.
Эскилион ощутил укол стыда, вспомнив, как погибла предыдущая жена повелителя. Если бы он был рядом в том бою… Если бы уделял больше внимания её защите… Быть может, у господина всё ещё была бы старая жена. А та была заметно красивее!
Молодой мастер смерти сделал себе зарубку в памяти присмотреть за воительницей. Нет, та могла постоять за себя… Но в случае тяжёлого боя лучше иметь лишнего мастера смерти под рукой, чем не иметь. Кто знает, когда это сыграет решающую роль.
— Что-то случилось, миледи? — тихо спросил Эскилион королеву.
Ярость и злоба накатывали волнами, усиливаясь. Но сам господин не двигался, молча рассматривая небеса.
— Полагаю, он очень зол. — вздохнула женщина. — Попросил оставить его одного… Но, думаю, лучше будет, если я останусь рядом.
Эскилион посмотрел на своего повелителя… А затем, быстро развернувшись к королеве, коротко бросил:
— Мы должны бежать.
— Что? — недоумённо посмотрела на мага Лилия.
Но лич уже не слушал женщину. Он просто со всей своей силой немертвого подхватил женщину и бегом побежал в противоположную от её мужа сторону. Господин, конечно, его любит, но если он сейчас промедлит… Такое могут и не простить.
Воительница сперва просто опешила от такого обращения с венценосной особой. Но оказалась достаточно разумной, чтобы сначала выяснить всё, прежде чем брыкаться:
— Что, раздери тебя ролток, происходит, Эскилион? — требовательно спросила она.
— Вы совершенно правы, миледи. Повелитель очень зол. А это значит, что скоро всё вокруг умрёт.
Одна из первых вещей, которой учат неофитов в круге красных башен — это тонко определять, когда кто-то готов выпустить из-под своего контроля свою силу. Повелители пламени, особенно молодые, бывают вспыльчивыми… Да и дети не всегда справляются с контролем сразу. Поэтому старшие ученики присматривают за младшими, умея определять, когда кто-то готов сорваться, чтобы подавить его силу, не дать неосторожно и намеренно причинить кому-то вред, обратив все вокруг себя в пламя.
Эскилион не был лучшим учеником, но этот навык в него, как и во всех, вбили крепко-накрепко… Именно поэтому всего за несколько мгновений до того, как сила его господина вырвалась наружу, он понял, что ему надо делать. На самом деле, это мог сделать даже не одарённый человек: сложно не заметить, когда трава вокруг человека начинает рассыпаться в прах.