— Это не оправдывает того, что он сделал. — поджал губы глава церкви.
— Верно. — легко согласился Пикус. — Но эта идея... Идея объединения. Она стоит того. Мы сильнее вместе, так всегда было. Мы думали, что королевство — это предел, но мы ошибались. Предела нет. Пусть на крови и смерти, но мы построим великое королевство, равных которому наша история ещё не знала.
— Это не стоит свободы людей. — уверенно заявил Этериас. — Не стоит того, чтобы сдать наш мир тварям извне, что стоят за его спиной.
— Да, я слышал об этой вашей теории. — зевнул магистр. — Но знаешь, в ней есть одна большая брешь. Столь властолюбивый человек, как наш король, никогда не отдаст власть над королевствами кому-либо. Я даже не уверен, отдаст ли он её собственным детям… Не то что каким-то иномировым тварям!
— Даже если так… Это будет ужасающее место под властью жесточайшего из тиранов. — угрюмо сказал верховный иерарх. — Ни один человек не захочет жить в таком. Ты правда хочешь построить его своими собственными руками?
Пикус запрокинул голову, прищурившись от солнечных лучей, что ниспадали на поляну.
— Я не знаю истины. — внезапно признался волшебник. — Может, под властью нашего короля люди расцветут, вступая в золотой век: управлять у него получается получше многих. А может, получиться царство зла, страданий и смерти. Мне неведомо будущее. Но одно я знаю наверняка: я не хочу жить в мире, где предательство становится обыденностью, и неважно, почему именно оно совершается. Я давно забыл про большинство догматов церкви… Но я всё ещё верю в верность. Именно поэтому ты должен умереть.
Прежде чем Этериас успел ответить что-то ещё, двадцать магов синхронно ударили, обрывая разговор.
Пламенные лучи и ледяные иглы, воздушные лезвия и каменные колья ударили в верховного иерарха. Некоторые из мастеров даже владели искусство света и чистым нейтралем, формируя в воздухе линзы и энергетические плети. Вне всяких сомнений, ни один мастер в королевствах не выдержал бы такой атаки…
Именно поэтому за миг до удара глава церкви мощным порывом ветра бросил себя в сторону выходя из-под атаки.
— Клетка! — крикнул Пикус.
Лес из сотен каменных копий вздыбился из земли, перекрывая Этериасу пути к отступлению: теперь иерарх оказался в ловушке! В следующее мгновение избранник бога призвал полупрозрачную белую полусферу, встречая новый град ударов. К счастью, камень, что отрезал ему место для манёвра, также мешал и другим мастерам атаковать, и потому все двадцать не смогли ударить одновременно, не мешая друг другу…
Но даже так, встретив атаку посланных за ним убийц, Этериас ясно осознал, что даже он не продержится под ней больше нескольких секунд.
Схватка мастеров магии — редкая вещь в королевствах. Всерьёз, до смерти, они не происходили уже очень давно, с тех самых пор, как церковный циркуляр запретил волшебникам участвовать в войнах между людьми… Да и потом, учитывая, как мало мастеров на фоне обычных людей, тем редко доводиться делить что-то. Именно поэтому большая часть живущих ныне волшебников не имела опыта магической битвы: и иногда это может стать критичным недостатком.
Вот только глава церкви имел доступ к самым старым, самым древним архивам. Записям тех времён, когда мастера стихий сталкивались между собой в ожесточённых битвах, оттачивая своё мастерство. В отчаянном стремлении лучше подготовиться к решающей битве Этериас провёл немало бессонных ночей, пытаясь выстроить в голову картину боя…
Древние мастера писали, что битва между двумя волшебникам — это не просто обмен ударами. Это битва воли, решимости и концентрации. Каждый из мастеров магии имеет собственную сферу контроля мистической силы, привыкая подчинять мир своей воле даже бессознательно. И когда сферы двух волшебников входя в противоборство, их воля сталкивается…