— Сдавайся. — великодушно предложил лидер наёмников. — Мы оставим тебе жизнь, даю слово.
Гелли закусил губу… Если бы только мастер Этериас пришёл в себя. Может, это вот-вот случиться… Надо выиграть время…
Стрелки принялись неторопливо перезаряжать свои стрелометы, и лучший воин храмовой стражи понял, что времени у него уже не осталось. Как и выбора. Гелли тяжело опёрся на свой меч, а затем ясным голосом быстро и чётко произнёс:
— Ничего меньшего, чем вечная слава, не ожидает тех, кто сражается и умирает во имя нашего Отца.
Время замедлило свой бег, а стрелки, натягивающие тетивы стрелометов, словно застыли в глазах лучшего воина храмовой стражи. А затем был бросок, отчаянный, невероятно быстрый и смертоносный. Бросок химеры, созданный лучшими повелителями жизни в королевствах — это не просто слова. Это рвущиеся жилы и трещащие кости, это скорость самого ветра, это жизнь, что сгорает в считаные секунды, в одном-единственном невозможном ударе, ломающем границы возможного для человека.
Прежде, чем наёмники успели осознать значение девиза храмовой стражи, размытая тень снесла голову ближайшему из стрелков, а затем, ринувшись в сторону, одним кровавым шлейфом перерезала глотки остальным.
В глазах Гелли темнело, и ускользающее сознание сузилось до одной цели: вновь и вновь вкладывать остатки себя в новый невозможный бросок. Скользить, нанося лёгкие, но смертоносные удары. Ещё один рывок… И ещё… Осталось совсем немного…
Невысокий, худенький бородач, что командовал отрядом, был опытным и старым наёмником. Не раз и не два его нанимали на самые разные дела: охрану важных персон, сопровождение караванов, охота на редких тварей… Видя, как размытая тень мечется от одного его человека к другому, убивая тех одним ударом, он ясно осознал, что и ему самому жить осталось совсем немного: да и то лишь потому, что он стоят чуть дальше.
Но опыт воина порой значит многое, и старый наёмник хорошо знал, что надо делать, когда встречаешься с тварью быстрее себя. Пока его люди умирали, он сосредоточенно считал, сколько времени нужно размытой тени, чтобы достать до очередной цели. И когда наконец настал его черёд, за мгновение до того, как ему снесли голову, последний убийца из отряда магистра Пикуса выставил вперёд меч.
Несмотря на затухающее, измученное сознание, Гелли не попался на столь примитивную уловку, на чистых рефлексах сменив траекторию броска: все же он не зря считался лучшим воином храмовой стражи... Вот только второй рукой опытный наёмник сорвал с пояса мешочек с метательными ежами и россыпью бросил их в воздух, создавая висящую стену остро заточенной стали. И двигающийся со всей возможной скоростью воин храмовой стражи просто не успел затормозить…
Наёмнику это не помогло, конечно: клинок лучшего воина храмовой стражи всё равно перерезал ему глотку одним быстрым и точным взмахом. Но и сам Гелли вывалился из ускорения, падая на колени: его буквально нашпиговало железом…
В глаза последнего из наёмников юноша не увидел ничего, кроме торжества и чувства выполненного долга.
Молодой, всё ещё безбородый парень ещё постоял немного на коленях, запрокинув голову вверх. Ветер почти утих, а тучи рассеялись, открывая его лицо лучам яркого солнца. И даже кровавая пелена отпустила его на одно краткое, но невозможно прекрасное мгновение. Гелли улыбнулся и закрыл глаза: как бы то ни было, сегодня он оказался победителем. Разве не это самое важное?
Голоса доносились откуда-то издалека, словно из глубокой-глубокой ямы.
— Мастер Этериас! Ваше святейшество! Вы в порядке?
С последними словами звуки словно выбили пробку и Этериас очнулся, недоумённо моргая. Последнее, что он помнил, это то, как он призывал ветер: в отчаянной, последней попытке продержаться лишнюю секунду против яростных атак мастеров соединённого королевстве. Проморгавшись, маг с удивлением понял, что лежит в каком-то кустарнике, а вокруг стоят воины храмовой стражи. Попытавшись подняться, волшебник яростной зашипел: кажется, у него было сломано несколько костей, да и вдобавок множество колючек вонзились, казалось, в каждую мягкую часть его тела. Воин сноровисто помогли освободиться главе церкви из зелёного плена и быстро напоили того целебными и укрепляющими снадобьями.