Демон никогда не говорил мне своего имени. Но почти каждый приём, каждое проклятье, каждая техника, которой он меня учил, всегда сопровождалась историей её создания и создателя: порой краткой, но всё же историей. Иногда то были легенды о настоящих тёмных властелинах, а иногда — просто истории о талантливых магах смерти. Объединяло их одно: среди них не было заурядностей.
Я любил эти истории: и хорошо запомнил их, чтобы не повторять ошибок некромантов прошлого. Все они, возможно, канули в лету в бездне времени, что разделяла нас. Впрочем… Иные истории были и с открытым концом.
И потому я говорил и говорил, перечисляя великих мастеров смерти, которых справедливо считал своими учителями, и с удовольствием смотрел, как расширяются глаза старого мага, что никогда не слышал этих имён.
— Но любимейшим из всех моих учителей, пожалуй, был отнюдь не волшебник, а рыцарь. Сэр Кадоган Бессмертный. — широко улыбнулся я. — Он научил меня никогда, никогда не сдаваться. Вот почему вам не победить сегодня. Ренегон заплатит за его кровь сегодня: как и за кровь всех рыцарей-странников, что на ваших руках.
Древний маг вздрогнул. Почти незаметно, быстро взяв себя в руки, но всё же. Старые воспоминания?
— Забавная штука жизнь… Ведь я учил своих учеников тому же самому. — погладил белоснежную бороду волшебник. — Однако это не значит, что ты победишь. Пока ты жив, всегда есть шанс изменить что-то… Но мы отвлеклись от темы. Твой черёд.
Задумавшись на пару мгновений, я спросил:
— Почему ты спас его? Очевидно, ты более могущественный и опытный волшебник, чем Этериас. Ты видел битву, не можешь не понимать, что я убью тебя на месте: на таком расстоянии не спасёт никакая защита. Менять истощённого и раненого молодого мага на старого и опытного повелителя стихий — плохая идея, учитывая, что на кону стоит право определять судьбу королевств, нет? Или… Он твой ученик, верно? — высказал внезапную догадку я.
Древний маг с лёгкой улыбкой развёл руками.
— Почти угадал. Но нет, не совсем… Моим учеником был наставник юного Этериаса. Может же старик позволить себе пару слабостей, верно? Я люблю наблюдать за тем, как юные мастера растут, совершенствуя своё ремесло. Ученики, ученики учеников… Нить, что связывает нас, не угасает с течением времени. Быть может, однажды ты поймёшь, что цепляться за жизнь, будучи глубоким стариком, вместо того чтобы спасти жизнь кого-то помоложе — крайне плохая идея.
Что-то царапнуло мне сознание, на границе восприятия… Старик не лгал, нет. Но, возможно, недоговаривал что-то. Я окинул взглядом место боя: и меня осенило.
— Неплохо, неплохо старик. — прищурился я. — Но это не вся правда, верно? Нет, дело в кое-чём ещё. Древний маг, что был учителем умершего от старости волшебника… Сколько же тебе лет? Осталось ли в тебе хоть немного силы?
— Мнение о том, что мастера мистических искусств теряют в силе с возрастом не соответствует реальности. — спокойно ответил мне волшебник.
Но я уже понял, что он лукавит.
— Разумеется. — с улыбкой кивнул я, вспоминая лекции Грицелиуса. — Дело в другом. Чем старше ты становишься, тем больше сил уходит на то, чтобы поддерживать дряхлеющее тело. И потому старый маг, даже если и сможет с полным напряжением сил зажечь, как в молодости, то всего один раз… Поэтому ты и создал земляной вал, верно? Все мастера земли, что я встречал в битве, поднимали из земли камень, но это требует больше сил: спрессовать и укрепить землю. Неплохой пример экономии силы, даже вал смог защитить от моего удара, однако много ли её в тебе осталось вообще? Одно дело разменять могущественного молодого мага на не менее могущественного и куда более опытного старого волшебника, и совсем другое: на развалину, едва ли способную выдать пару ударов…
Древний маг слегка потемнел лицом. Сравнение с развалиной ему очень не понравилось. Он сузил глаза и процедил сквозь зубы:
— Не дерзи мне, юнец. Может я и стар, но на один удар перед смертью, что размажет тебя тонким слоем по этому плато, меня хватит. Как знать, может, он будет решающим…
— Разве? — улыбнулся я.
Во взгляде старика появилось недоумение. А затем он пошатнулся, закатил глаза и начал падать. Я бережно подхватил, возможно, одного из старейших магов королевств.