— Это решаемая проблема. Оставьте это мне. — нехотя, но с нажимом произнёс Аттарок.
— Как скажете. — легко согласилась целительница. — Но вы не будете возражать, если я выставлю посты у наших спален?
— Буду. — резко отказался пустынник. — Я прослежу за этим лично.
— И как же именно? — приподняла брови Элеонора. — Вы не можете быть в нескольких местах сразу…
— Все мои люди связаны со мной клятвами жизни. — пожал плечами Аттарок. — Да и сам я кое-что понимаю в сенсорике. Покажите мне, где спальни, и я прослежу, чтобы никто их не касался.
Таллистрийка смерила короля долгим, задумчивым взглядом, а потом изящно поднялась из-за стола, демонстрируя стройную, точёную фигурку.
— Следуйте за мной, Ваше Величество.
Владыка Ниоры шёл за целительницей, и задумчивым, блуждающим взглядом наблюдал за покачивающимися бёдрами, что так удачно обтягивала зелёная мантия. И как её удаётся? На вид он бы дал Элеоноре лет сорок, может чуть больше. Женщина в возрасте, может, даже слегка пожилая, но отнюдь не старуха. Однако известный знаток и любитель противоположного пола знал, что редко кто может сохранить настолько хорошую, девичью фигурку в такие годы… Было ли это искусство целительства?
— Мы пришли. — вырвал из раздумий короля голос Элеоноры.
В нём сквозила лёгкая ирония: кажется, направление его взгляда отнюдь не осталось незамеченным. Впрочем, смущения король точно не испытывал. Однако ему чудилась насмешка над его способностью проследить за своими людьми, и поэтому Аттарок слегка возмущённо засопел. Осмотрев со стен наспех возведённые бараки рядом, король присмотрелся к ним и коротко ответил:
— Я запомнил. Можем возвращаться.
Они вернулись в комнатушку барбакана в полном молчании.
— Что дальше? — поинтересовалась целительница.
— Будем ждать. — привычно пожал плечами бывалый воин и охотник.
— Даже не отдохнёте перед боем? — приподняла брови женщина.
— Я хорошо выспался сегодня днем. — улыбнулся Аттарок. — К тому же я могу не спать несколько дней: преимущества сил короля, но вы, думаю, и так это знаете. Так что остаётся только ждать. Надо быть наготове, не удивлюсь, если они ударят ночью: я бы так сделал.
Некоторое время они молчали, каждый думая о своём. А потом на губах целительницы заиграла лукавая улыбка.
— Если уж нам предстоит долго ждать… Быть может, скрасим время за беседой? Если, конечно, Ваше Величество не побрезгует моей компанией.
Король Ниоры подозрительно прищурился. Грубить целителям вообще плохая идея, особенно тем, кто, возможно, будет латать выживших солдат после боя. Однако инстинкты пустынника говорили, что тут есть какой-то подвох…
— Если вы хотите что-то знать, говорите напрямую. — буркнул Аттарок, отворачиваясь.
— На самом деле, меня и правда интересует один вопрос… — легко призналась Элеонора. — Скажите мне, почему в Ниоре с женщинами обращаются… Так?
— Как так? — приподнял бровь Аттарок.
— Как с вещью! — не выдержав, всплеснула руками целительница. — Не разрешают заниматься ничем, кроме работы по дому, заставляют рожать детей, словно какой-то скот, носить странную, закрытую одежду, выполнять все приказы мужчин! Нет, другие королевства тоже не без греха и до нашей родины, им, увы, очень далеко, но у вас это переходит всякие границы! Это же просто возмутительно!
Аттарок прищурился. В общем-то, подобное отношение таллистриек к ниорским порядкам давно не секрет. Обычно на подобные вопросы ниорцы отвечали просто оскорблением и призывами указать женщинам на их место. В другое время, быть может, он и сам бы просто грубо заткнул вздорную тётку. Но стоит ли поступать так сейчас? Если это, возможно, будет стоить жизни его людям?
— Думаю, вы это не поймёте. Лучше оставить эту тему— дипломатично ответил владыка пустыни.
— О нет, так легко вы не отделаетесь, Ваше Величество. — поджала губы Элеонора. — Завтра, возможно, нам предстоит умереть в битве, так что прошу вас, имейте смелость хотя бы не уходить от ответа сейчас!