Видят ли люди в них угрозу? Неостановимую, безжалостную силу, что способна стирать их одного за другим? Или героев? Быть может, сразу вместе?
Этериас дёрнул головой, обрывая размышления. Следовало что-то придумать: или всё это будет неважно…
Издалека разносились крики, звуки боя: и новые, грохочущие удары огненных шаров, смешанные с запахом гари.
— Что он делает сейчас? — прямо посмотрел на седого десятника Этериас.
Старый ветеран аккуратно, медленно приоткрыл изрядно побитую осколками дверь с прорубленным засовом, которая закрывала вход в башню, и слегка высунулся. Снаружи донёсся грохот очередного взрыва. Несколько солдат припали к бойницам: башня была предназначена в том числе и для того, чтобы лучники могли стрелять из неё в любом направлении.
— Кажется, отбегались, парни. — вздохнул ветеран. — Пылающий разбирает соседнюю башню, и остальные наши ребята сгорают там заживо. Скоро закончит и примется за нашу.
— И стрелами не достать, тварь. — в бессильной ненависти скрипнул зубами один из ополченцев, что стоял у бойницы. — Сжигает всё на подлёте.
Этериас сделал глубокий вдох и выдох. Следовало действовать, а не причитать.
— Подожгите башню. Быстро. Соберите одежду павших, всё, что может гореть, и поджигайте, расположив выше по лестнице. — принялся раздавать приказы иерарх. — И приготовьтесь кричать, громко, отчаянно и страшно: так, будто мы сгораем тут заживо.
Первую секунду солдаты смотрели на него недоумённо: а потом их осенило, и вокруг закипела бурная деятельность. Под руководством седого десятника ополченцы споро поломали деревянные стойки для луков и стрел, что были в башни, стащили одежду с павших врагов, и принялись организовывать несколько дымящихся костров.
Вскоре башню тряхнуло от могучего взрыва: Этериас до боли закусил губу, остро чувствуя бессилие. Похоже, мастер пламени разобрался со второй башней…
— Раскидайте горящих тряпок к бойницам и наверх. И кричите. — приказал иерарх.
Башню тряхнуло ещё несколько раз, разворотив одну из бойниц: нескольких солдат посекло каменной шрапнелью, и к поддельными крикам добавились настоящие.
Столбы дыма взвились над башней… Но обстрел прекратился.
— Покричите ещё немного и помогите раненым. Затем всё сидим тихо.— скомандовал Этериас. — вырубите их, если не смогут молчать. Он должен думать, что все мертвы.
— Каков дальнейший план? — тихо спросил седой ветеран, подойдя ближе. — Это выиграло нам время, но что делать дальше? Они скоро решат, что стена отбита, и поднимутся сюда…
— Выстраивай лучников напротив двери, ведущей на взятый нами участок стены. — негромко ответил Этериас. — И смотри в оба. Когда мастер поднимется на стены и отвлечётся на наши войска, открываем дверь, стреляем и добиваем. Расстояние близкое, возможно, он не успеет создать щит. Внезапность - наш единственный шанс.
В задымлённой, покорёженной башне затаилась тишина. Этериас подошёл к раненым, помогая перебинтовывать их: даже без магии, после долгих месяцев работы в госпитале он кое-что умел. Ополченцы затаили дыхание. Лучшие стрелки в два ряда присели напротив двери, в напряжённом ожидании наложив стрелы на тетиву. Сам седовласый десятник напряжённо замер у двери, смотря в прорубленную дырку на месте засова. Даже звуки боя вокруг затихли, становясь более отдалёнными…
Вскоре седой десятник поднял руку и сделал жест, безмолвно подзывая поближе к себе Этериаса, показав ему на глазницу.
Краем глаза иерарх увидел, как мастер пламени медленно, вальяжно поднимается по лестнице на стены, побитые и искорёженные его собственными ударами. Его сопровождала пара мечников: похоже, охрана. Наконец, поднявшись, он окинул внимательным взглядом поле боя.