Выбрать главу

— Приветствую вас в Кордигарде, Ваше Величество. — поприветствовал меня рыцарь, поклонившись. — Магистр Колн просил вас навестить его по прибытии. Он сказал, это дело ордена.


Я вскинул бровь. Из-под закрытого шлема доносился совсем молодой, звонкий голос почти мальчишки. Новый набор?


— И что же хочет магистр? — прищурился я, смерив рыцаря пронзительным взглядом.


— Не имею понятия, милорд. — честно признался парень. — Я здесь просто за тем, чтобы проводить вас, если вы решите принять приглашение.


Я хмыкнул.


— Вы что, расставили посты у каждых ворот?


— Нас осталось немного, но и ворот в Кордигарде немного. — просто ответил рыцарь.


— Веди. — после краткой задумчивости ответил я.


Остальные знают что делать, чтобы подготовить коронацию. Не прошло и недели с момента моего отъезда - вряд ли всё готово… Так что нет нужды пока требовать отчёта с остальных.


Магистр встретил меня в странном доме, отремонтированном совсем недавно. Хотя в Ренегоне любили яркие цвета - выбирать королевские цвета другого королевства, не имея отношения к его династии было, мягко говоря… не принято.


Тем не менее, молодой рыцарь, уверенно петляя по полуразрушенным улицам, привел меня в зелено-пурпурный дом. Цвета Таллистрии…


Внутри была лишь пара служанок, что быстро попрятались при моем виде. А сам магистр восседал в уютном кресле внутри рабочего кабинета, сосредоточенно водя пером по бумаге. Он поднял голову и замер, когда я вошел.


— Много работы? — улыбнулся я.


Старый рыцарь немедленно поднялся и сграбастал меня в медвежьи объятия.


— По твоей вине, между прочим! — фыркнул магистр. — Пойдем. У меня тут есть неплохая переговорная комната.


Вскоре мы оказались в уютной комнате, не имеющей окон, что освещалась лишь лампами и свечами на столе. Атласные мягкие диваны, неплохой резной стол, куда пара служанок живо принесла напитков и закусок.


Я не стал отказывать себе в удовольствии.


— Знаешь, ты больше похож на бродягу, чем на короля сейчас. — с улыбкой заметил магистр, покачав головой.


— Долгая дорога. — пожал я плечами, проглатывая вкуснейший кусок сыра. — Пожалуй, я заночую здесь. Что это за место, кстати?


— Ты не заметил цвета?


— Заметил, и слегка удивился. — ответил я, поднимая кубок.


— Это старая шутка. — хмыкнул Колн. — Мой ответ на твою, если хочешь. Изначально правителем Таллистрии был один из наших герцогов. Но это продлилось недолго: во втором поколении мужского наследника просто не родилось, и к власти окончательно пришли женщины. Общество Ренегона в те время было куда более консервативным… И король тогда издал указ, чтобы все бордели в королевстве перекрасили в королевские цвета Таллистрии… Скандал был жуткий, когда бой-бабы заметили. Они тогда так яростно пытались отстоять права на равенство. Чуть до войны не дошло, было много стычек на границе. Так что перед тобой первый таллистрийский бордель в старых традициях. Всё как ты хотел.


Я на мгновение замер.


— Я пошутил, вообще-то.


Сэр Колн демонстративно зевнул, широко улыбнувшись.


— С вами, безумными королями, никогда не угадаешь, шутите вы, или нет. Так что я всё организовал. А всем кто пытался что-то возразить, я говорил что это твой указ, и они замолкали.


Я ненадолго задумался… А потом негромко, но искренне рассмеялся.


— Один-один, старик. Рад что в тебе остался этот огонь. Но сомневаюсь, что ты позвал меня только за этим.


Улыбка испарилась с лица старого рыцаря, превращая его лицо в камень.


— Если ты готов к серьезному разговору, мне есть что сказать. — кивнул мне магистр. — Но если хочешь отдохнуть сначала…


Я отодвинул еду в сторону.


— Говори.


Магистр откинулся на атласную подушку, смотря на меня нечитаемым взглядом. А затем заговорил:


— Ты осознаешь, что фактически, предал всё свои клятвы?


Он говорил спокойно, без гнева и ярости, но с непоколебимой уверенностью в своих словах.


Конечно, я мог придумать убедительную, сладкую ложь - но я и правда устал с дороги. Что он сделает, убьет меня? Пойдет рассказывать, какой я злодей, после того как поддержал меня в войне? Смешно.


— Да. — просто ответил я.


Повисло тягучее молчание.