Мне не нужен был Некс, чтобы завоевать этот мир. Напротив, скорее он бы убил всё живое: а я хотел править, а не убивать. И в то же время я хорошо знал себя: как сторонник простых, эффективных решений, я без колебаний бы обратил в прах половину континента, чтобы завоевать оставшуюся. Но это была дорога без возврата - эти мертвые земли уже не станут живыми. И в один день я останусь властелином пустоши, населенной нежитью… Императором мертвого мира - а это было тем, чего я никогда не хотел. Чего не хочет ни один настоящий мастер смерти, на самом деле: ибо мы побеждаем смерть, властвуем над ней, а не служим ей. Но тогда чего я действительно хочу от него?
– Ты убийца, Некс. Так же, как и я, создавший тебя. Совершенное оружие, равного которому нет в этом мире. – медленно ответил я. – Однако есть два типа убийц, которые я знаю: разрушители и защитники. Большую часть моей жизни я был первым - но сейчас, глядя на то, что принадлежит мне, я понимаю, что в какой-то степени стал вторым. Каждый правитель, плохой или хороший, является защитником своей земли - просто по определению.
Темная бездна хтонического древнего бога встала перед моим глазами, безучастно требуя у меня позволить ей поглотить всё. – Это мой мир…
Я тряхнул головой, выныривая из недр памяти, и отправил этот образ Нексу.
– Этот мир… Он не всегда был моим - но стал таковым. Я хотел бы, чтобы он стал и твоим. Чтобы ты был защитником этого мира - а не его убийцей.
Он услышал меня, и что-то изменилось в воздух вокруг. Пространство и время словно задрожало вместе с воздухом, мертвые деревья зашевелились, приходя в движение. С удивлением я понял, что силы целого королевства стягиваются сюда, в границе, прямо в сердце духа!
Черная клякса разбухла, налилась силой, превращаясь в антрацитовый шар с серым ореолом, который, словно черная дыра, тянул и тянул в себя силу… Оглушительный грохот! Черная молния бьет в землю, взрывая её, одна, другая, третья: в лицо ударил ветер невероятной мощи, заставляя меня прикрыться ладонью и обнажить клинок, вонзая его в землю, чтобы не быть сдутым ураганом.
В центре шара открывает своё око тысячерукий спрут, и бесчисленной множество черных щупалец вгрызаясь в землю, воздух, в само пространство вокруг: в безудержном стремлении дотянуться… дотянуться до чего?
С неожиданной, невероятной ясность, я понял, что он делает: подобно тому, как я читал память мира, молодой дух, собравший большую часть своих сил в кулак, пытался дотянуть до самого энергетического сердца планеты: но зачем?
Энергия взвилась вихрем, превращаясь в немыслимый ураган. Ни одна лишь смерть пришла в движение - но вся магия, что была рядом, вскипела вокруг. Впервые в жизни я увидел шторм силы, созданный не мной - и даже не моим творением… Созданный самим миром!
Завеса в небесах заискрила, покрываясь сероватыми молниями: и, словно перестроившись, рассеяла давление, распределяя его по всей поверхности себя. Небо от горизонта до горизонта покрылось серовато-серебристыми тучами, по которым то и дело пролетали разряды.
Я совершенно перестал понимать, что вообще происходит. Но внезапно для меня ураган рассеялся, почти мгновенно стихая: а на мое сознание обрушился тяжелый, словно повзрослевший в один миг голос Некса, чье ядро рассеялось, становясь привычной мне кляксой.
– Я БУДУ БОЛЬШИМ, ЧЕМ ЭТО.
Глава 72. Первенство.
Одинокая, слегка сгорбленная, усталая фигура в черной робе упрямо шагала через северный лес, полный иголок, бурелома, ям и оврагов. Прошло уже больше месяца с тех пор, как Этериас отправился в это путешествие - и он порядком устал. Идея воспользоваться одеждой культа смерти оказалась неожиданно хорошей - одновременно получилось и оценить народное мнение, и избежать лишних вопросов.
Люди боялись и избегали его, не задавая никаких вопросов. Ни о чём не просили, в противовес мастерам других школ - к которым крестьяне частенько обращались за помощью, случись тем остановиться в любой деревеньке по пути.
В Аурелионе Этериас не стал задерживаться, миновав родное королевство предельно быстро. Нет, его интересовала иная часть севера - там, где происходило становление его Врага. В мыслях волшебник уже давно не называл новоявленного короля Ренегона иначе, чем Враг: именно так, с большой буквы. Он изучил всё донесения: как церковные, так и соглядатаев ещё лояльных альянсу королей, но так и не смог понять, где он ошибся. Вернее, даже не так: ошибки не было. Они всё сделали правильно. Просто Враг оказался слишком силен…