Киваю:
– Татина очень скучала по бабушке, да и я рада, что вы так хорошо к нам относитесь. Но знаете, я всё-таки переживаю за Храйта – в такой тяжёлый период он остался совсем один. Наверное, ему сейчас очень не хватает материнской поддержки.
– Я очень тяжело переживал смерть жены, – с грустным видом произносит Рансон. – Если бы не мать, даже не знаю, как смог бы всё это вынести. И ведь моя жена не была преступницей, я не испытал боль предательства. Наверное, Храйту сейчас даже поговорить не с кем.
– Но как вы тут без меня будете, если я уеду? – печально вздыхает баронесса.
Хочется ляпнуть, что как-то мы все эти месяцы прожили без неё и справились, но вместо этого произношу:
– Без вашей поддержки нам будет тяжело. Но окружающая природа исцеляет лучше всего. У нас совершенно ничего не происходит, и это отлично. При первой же возможности я съезжу в город и найду компаньонку с хорошей репутацией, чтобы вы не волновались. Думаю, скоро наберусь сил, чтобы вернуться вместе с дочкой в столицу. Вы можете нас спокойно оставить и поехать к сыну. Наверняка ваше материнское сердце сейчас из-за него не на месте.
Опасаюсь, что переборщила, но напрасно – баронесса кивает:
– Думаю, ты права. Мне нужно как можно быстрее вернуться… Сделаю это завтра же.
Я очень рада, но сохраняю невозмутимость. Киваю:
– Думаю, это будет правильным решением. Мы недавно починили коляску, так что вместе с Рансоном сможем вас проводить.
– Хорошо.
После ужина прошу Рансона задержаться, чтобы поговорить. Уходим в кабинет, я закрываю дверь, а затем радостно улыбаюсь:
– Получилось!
– Что вы хотели обсудить?
– Думаю, после того как проводим Мадж, можем остаться на несколько дней в городе.
– Вы всё ещё хотите открыть кафе?
– Да.
– Но зачем вам это теперь? У вас ведь появился доход.
– То, что он появился – это радует. Но я не нахожу его достаточным для того, чтобы моя дочь жила, ни в чём не нуждаясь. Летом мне нужно будет нанять для неё учителей; ей потребуются новые платья, потому что из старых она почти выросла. Когда подрастёт, наверняка захочет украшения. Кроме того, деньги идут от ренты, а это мне кажется не совсем надёжным источником дохода: здание может разрушиться или сгореть.
– Всё это звучит, как отговорка. Вы недоговариваете.
Улыбаюсь:
– Вы правы. Мне не хочется зависеть от баронессы и жить с ней под одной крышей. Я верю, что она хороший человек, иначе дочка не была бы ей настолько рада, но мне сложно представить ту жизнь, которую предлагает вести баронесса. Ничем не заниматься – слишком скучно.
– Вы можете ходить на чаепития, приёмы, балы.
– Не уверена, что мне понравится. Кроме того, если у меня будет собственный доход, это позволит мне чувствовать себя увереннее.
– Но вы можете просто запатентовать свои изобретения и получать доход с патента.
– Чтобы новинка кого-то заинтересовала, нужно, чтобы о ней узнали. Риса, например, очень скептически восприняла мой рецепт выпечки, хоть она и профессиональная повариха. А патенты наверняка просматривают не повара.
– Если вы уверены, что хотите именно этого, я вас поддержу.
– Спасибо!
Перед сном рассказываю дочке, что несколько дней пробуду в городе и ей не стоит волноваться – я обязательно вернусь.
– Ладно, – вздыхает малышка. – Только возвращайся поскорее.
– Договорились.
Вечером собираю дорожный мешок. Беру с собой платье, которое, как мне кажется, подходит для того, чтобы вести в нём переговоры, смену белья, интересную книгу и косметические средства.
Утром рассказываю Рисе и Асе, что нас с Рансоном несколько дней не будет, и прошу присмотреть за Татиной. Они заверяют, что я могу спокойно ехать.
В экипаж сажусь с лёгким волнением. Очень надеюсь, что всё пройдёт так, как я рассчитываю. Такое чувство, будто открываю новую главу своей жизни.
Глава 16
Старосту и ещё двух мужиков, которых Рансон попросил поехать с нами в качестве охраны, отправляем на тот же постоялый двор, где в прошлый раз останавливались, а сами везём баронессу к портальной площадке. Для этого впервые пересекаем стены, окружающие замок местного землевладельца.
На воротах Рансон рассказывает стражникам о цели нашего визита, а баронесса демонстрирует бумагу, которую ей вручил сыщик. Они внимательно всё изучают, потом просят оставить экипаж на площадке у ворот, а внутрь войти пешком; предлагают помощь с багажом, и мы соглашаемся. Один из стражников скрывается за воротами, а потом возвращается вместе с двумя крепкими широкоплечими парнями. Они хватают сундуки баронессы и предлагают следовать за ними.
Стена оказывается толще, чем я предполагала – приходится преодолеть пять шагов по каменному коридору, прежде чем мы выбираемся на просторную мощённую булыжником площадку, откуда отходят три дорожки.
Сворачиваем на правую и идём вдоль стены с одной стороны и каменных домов с другой. Метров через тридцать утыкаемся в новую каменную стену и через железные ворота попадаем на просторную площадь, в центре которой установлена овальная рамка, разрисованная непонятными значками. Высотой она метра три, а в ширину около двух.
К нам подходит черноволосый мужчина. Внимательно читает протянутую баронессой бумагу и уточняет:
– Вы хотите перейти втроём?
– Нет, – качает головой баронесса. – Только я.
– Хорошо.
Мужчина подходит к рамке, дотрагивается до нескольких значков, отчего они начинают светиться, затем соединяет ладони и разводит их в стороны. Повинуясь его жесту, внутри овала появляется переливающийся на солнце шарик, очень напоминающий мыльный, и растёт до тех пор, пока не дотягивается до краёв рамки. Небольшая световая вспышка и, к своему удивлению, вместо противоположной стены вижу в овале совсем другу площадь, окружённую деревьями. Мужчина произносит:
– Ваша милость, прошу.
– Хорошо. До встречи Аннари. Не забывай мне писать и возвращайся поскорее, – баронесса тепло улыбается.
– До встречи Мадж, – отвечаю я, пытаясь скрыть ошарашенность – всё-таки впервые вижу портал.
– До свидания, ваша милость, – кланяется Рансон.
Баронесса кивает, перешагивает рамку и ступает на площадь с деревьями. Парни переставляют сундуки на ту сторону, после чего изображение мигает и исчезает.
Пораженная смотрю на стену. Баронессы нигде нет, значит, она и в самом деле сейчас в другом месте. Приходится приложить усилия, чтобы скрыть удивление. Вот это у них тут технологии! Это гораздо круче машин и самолётов.
Прощаемся с мужчиной, который оказался настоящим волшебником или, по-местному, магом, а потом следом за парнями возвращаемся к воротам.
Пока Рансон везёт нас на постоялый двор, с удивлением обдумываю открывшиеся перспективы. Это же какой простор для путешествий! Пара шагов и ты уже в другом городе, а возможно, и в другой стране. Жаль, удовольствие не из дешёвых. Хорошо, что решила начать собственный бизнес – если всё пойдёт так, как я рассчитываю, смогу реализовать детскую мечту и попутешествовать. Интересно, в этом мире все говорят на одном языке? А если нет, то знаю ли я остальные? Или мне придётся их учить?
Оставив экипаж на постоялом дворе, получаю ключи от комнаты, переодеваюсь, привожу себя в порядок, а потом мы отправляемся в банк.
Когда заходим внутрь, к нам подходит тот же мужчина в форменной одежде, что и в прошлый раз. И произносит он ту же фразу:
– Добро пожаловать в наш банк! По какому вы вопросу?
– Госпожа хотела бы проверить свой счёт, – отвечает Рансон, из-за чего моё чувство дежавю усиливается.
– Конечно! Пройдёмте!
Он отводит нас в тот же кабинет, что и в прошлый раз. И в нём сидит тот же рыжебородый мужчина, но рубаха у него на этот раз не белая, а зелёная. Эта маленькая деталь меня радует – если бы не она, было бы совсем уж странно.
– Здравствуйте, баронесса Аннари Балтейн, – приветливо улыбается мужчина. – Присаживайтесь.