Я шагнул к столу в комнате и достал из кейса, который держал в руках, футляр. Его мы приобрели заблаговременно. Открыл футляр и положил его на стол. Второй мужчина склонился к колье. Вставил в глаз специальную лупу, которой пользуются ювелиры и эксперты. Мы все молчали, наблюдая за ним. Наконец он выпрямился.
- Невероятно! – проговорил он. – Это работа голландца Питера ван Рёйсдама, первая половина 19 столетия. Конечно, нужно провести более детальное исследование, но я уверен, это подлинник.
- Вы точно уверены Вадим Павлович? – спросил эксперта Костромской.
- Абсолютно. Этот голландец изготовил не так много ювелирных изделий. К сожалению, он умер в возрасте 38 лет от чахотки, то есть от туберкулёза. Но все его работы просто настоящее произведение искусств. Одну минуту. – Мужчина вышел из кабинета. Минуты через две вернулся. С собой принес ноутбук. Включил и поработал с клавиатурой. Потом развернул к нам экраном. Там был рисунок лежащего на столе колье. – Тогда ещё фотографий не существовало, но все его работы были зарисованы его другом-художником. Все работы Питера находятся либо в частных руках, либо в музеях. Утраченными считались четыре ювелирных изделия работы ван Рёмсдама, в том числе и это колье. И да, это колье было сделано на заказ для одного русского дворянина в 1819 году. Это всё что было известно. Оно нашлось! Это будет сенсацией! Откуда оно у Вас Христофор Генрихович?
- Это так важно? – Неожиданно вступила в разговор Настя. – Колье ни у кого не было украдено.
- Извините. – Стушевался эксперт.
- Настя успокойся. – Посмотрел на свою дочь Пашкевич. – Вы всё верно сказали, что это колье было сделано на заказ для одного русского дворянина. Это был мой… прапрадед. С тех пор оно хранилось в нашей семье.
- Христофор Генрихович, извините за вопрос, но всё же почему Вы хотите его продать? Это же как я понимаю семейная реликвия. Почти двести лет принадлежало Вашей семье.
- Таковы обстоятельства. Если бы мне не нужны были деньги, я бы ни за что не выставил бы колье на продажу. Его носила моя… прабабушка, бабушка, моя мать.
- Понятно. Сколько Вы хотите за него?
- Максимальную цену, которую за него дадут на аукционе.
- А если я Вам предложу сразу один миллион долларов США?
Генрихович и Настя посмотрели на меня вопросительно. Я отрицательно качнул головой. Если колье работы такого редкого мастера, у которого не так много работ, к тому же колье 200 лет, то за него можно получить гораздо больше.
- Всё же мы хотели выставить его на аукционе. – Закончил Пашкевич.
- Как скажите.
Потом было экспертное исследование. Проводили его в лаборатории судебной экспертизы. Через день было получено заключение, где говорилось о подлинности колье, его возрасте и работы какого мастера оно принадлежало. За образец было взято другое ювелирное украшение этого мастера, имевшееся в Москве, в частной коллекции. Там была брошь и изготовлена она была на пять лет позже колье.
После чего, само колье было застраховано на сумму эквивалентную двум миллионам долларов США. Страховка, это была обязательная процедура. Только после всего этого колье было передано представителям аукциона. Сам аукцион должен был состояться через неделю.
Естественно, информация о том, что на аукционе будет выставлено на продажу необычное колье голландского мастера начала 19 века, сразу же стала достоянием общественности. Конечно, с моей подачи, аукцион не должен был разглашать информацию о нынешнем владельце этого колье.
Всю неделю перед аукционом, мы провели за тем, что гуляли по Москве, посещали музеи, выставки. Посетили Кремль. До этого ни сам Пашкевич, ни его дочь в Кремле не были. За сутки до начала аукциона, я пригласил Настю сходить в ночной клуб. Хотел показать ей как развлекается нынешняя молодежь. Эта моя идея, чуть не окончилась для нас с Настей фатально. Конечно, Генрихович отнёсся к этому сначала резко отрицательно, но я уверил его, что всё будет хорошо. Так как я буду рядом с его дочерью и не выпущу её из своего поля зрения. Да и сама Настя стала упрашивать своего отца отпустить её. Девушке было интересно окунуться в жизнь современной молодёжи. Скрепя сердцем Пашкевич дал добро. Тем более настроение у всех нас было хорошим. Ажиотаж вокруг колье среди определённой публики нарастал. Его фото уже было в свободном доступе. И как сообщили из компании, проводящей аукцион, там ожидалось присутствие богатеев из США и Западной Европы, непосредственно из Германии и Голландии, где проявили особый интерес к колье работы Питера ван Рёйсдама.